Дабы еще более убедить брата в правильности своего поступка, Танар продолжил.
- Ты только представь, какие перспективы откроются перед нами, перед нашим народом, когда я принесу этот камень, - с горящими от нарисованной в собственной голове картины глазами произнес он.
Но Костакул ничего не отвечал, а лишь терпеливо слушал. Он вынужден был прекратить всякие попытки отговорить короля от смелой затеи с участием в турнире и подчиниться. Он хорошо знал своего старшего брата - самобытного с детства и не слушающего сторонних доводов упрямца, которым движет сакральная мечта стать «героем на века» и навсегда войти в историю победителем
- Хорошо, я всё сделаю как надо, - выдавил из себя Костакул. – Но, видит Творец, я тебя предупреждал.
- Вот это уже слова истинного мужа династии Викогеров, - одобрительно отпустил собеседник и еще раз символично похлопал ладонью по плечу брата.
- И как тебя ещё терпит Медина? – улыбаясь с ехидством, вопросил Костакул.
- Сам не знаю, - незамедлительно и с таким же веселым задором парировал Танар.
Король вместе со своим братом и помощником еще какое-то время не спеша прогуливались по саду, подробно обсуждая государственные дела, которые будут вестись в отсутствии Его Величества. А вместе с их разговором к концу плавно подходил день. Летнее солнце опустилось до самого горизонта, извергая ярко красные последние лучи света, а сумерки накатывали волной, захлёстывая под собой земную твердь.
На следующий день столица особенно ожила. Не так, как обычно. Её жители и гости, съехавшиеся со всего королевства, вышли на центральную площадь, чтоб проводить в путь короля с его свитой. Под торжественные звуки праздничных труб он, закованный в блестящие стальные доспехи, с царским фамильным клеймором наперевес отправился от площади в сторону южного моста, к выезду из города. Следом за ним последовала вереница шикарных расписных карет, в которых его сопровождали дворяне, духовенство и представители от различных франских домов. Там же следовала и карета королевы. После дворян ехали кареты попроще. Они напоминали крестьянские брички и наполнены были прислугой: конюхами, поварами, псарями, разнорабочими. Вместе с людьми в телегах находились продукты, аккуратно сложенные вещи и приспособления, необходимые для разбивания лагеря в пути. Наконец, замыкали колону шествующих по образованному провожающей толпой коридору элитные рыцари при полной боевой экипировке в количестве одной тысячи штыков. Всего же, насчитывалось порядка полутора тысяч путников. Наконец, выйдя за пределы Октограда, экспедиция взяла курс к царству даннов Яросу на юг по широкой дороге, в народе называемой Цитадельной, поскольку вела она именно в сердце Восходных Земель – величественную Цитадель.
Танар в последний раз оглянулся назад проводить взглядом свою родную обитель и, мысленно попрощавшись, скомандовал своей лошади следовать вперед.
Глава 2. Ярос
Вот уже пять дней Танар в компании своей свиты странствовал по Восходоземью. Их путь в Цитадель пролегал через Ярос – еще одно человеческое царство, царство даннов – суровых людей с довольно жесткими обычаями и смелыми нравами. Они считались прямой противоположностью франам, на протяжении веков привыкшим проводить одну реформу за другой. Неспроста другие народы называли даннов дикарями, что, в общем-то, задевало последних. В то время как в иных человеческих государствах происходил культурный подъем, Ярос оставался на прежнем уровне, напоминая всем своим существованием памятник прежним порядкам и укладам. Законодательство не претерпевало коренных изменений, здесь до сих пор находили отклик жестокие казни, многоженство, законы кровной мести, практика купли-продажи людей, а высшее и низшее сословия разделяла весьма ощутимая черта. Однако помимо отрицательных сторон Ярос обладал и некоторыми преимуществами. Обширные территории, разделенные на 13 сатрапий, делали царство одним из наибольших в Восходных землях, а по населению оно занимало почетное 2 место, уступая лишь околоцитадельным землям. Более того, оно граничило на севере с Октосом, на востоке – с магами, на юге – с могучей державой андов, Азулоном, а западные рубежи данны делили с моллами из Сильмуна по реке Сварге. Столь удачное местоположение позволяло неплохо зарабатывать на торговле, чем, собственно говоря, и пользовались «дикари». Данны славились склонностью к гончарному ремеслу, производя разного рода посуду: амфоры, вазы, горшки, чаши, тарелки, а среди человеческих государств они слыли самыми искусными производителями одежды, уступая лишь эльфам.