Время уже близилось к обеду, а задание Ди Крус всё ещё не было выполнено. Монорельсовый поезд, на котором Липпе возвращался, задержался из-за каких-то технических неполадок, что случалось крайне редко. Обычно Механикус находили способ не нарушать расписание, даже когда случалось что-то серьёзное.
Когда Ниро подошёл к торговому тоннелю, тот весь гудел от человеческих голосов. Люди, только освободившиеся из контор и с фабрик, спешили купить себе обед и поделиться новостями. Пока Липпе пробивался к газетному киоску, он успел услышать дюжину версий причины задержки поезда. Некоторые были совсем уж фантастическим, другие же походили на правду.
Липпе остановился у лотка с газетами и начал выбирать нужные по списку. Ди Крус не любила тратить время на повторяющуюся или недостоверную информацию и потому тщательно выбирала те издания, которые считала приемлемыми. Белектрис всё-таки выскользнул из сумки, воспользовавшись сосредоточенностью Ниро, и завис у того над плечом. Липпе уже собирался расплатиться с продавцом, когда кто-то настоятельно потянул его за рукав. Ниро едва успел перехватить Белектриса, кинувшегося его защищать, и уронил несколько газет обратно на прилавок.
Рядом с ним стоял самый мерзкий и раздражающий человек на всём «Вознесении». Ниро отдёрнул руку и запихнул сервочереп в сумку резче, чем хотел. Перед ним стоял тощий, дрожащий человек неопределённого возраста, со слезящимися глазами и желтовато-серой кожей. Его звали Чикита, и он был информатором крыла вериспексоров, Арбитраторов и вообще всех, кто мог подкинуть деньжат на дозу. В свободное от подработки на законников время, этот человек занимался контрабандой. Чикита знал все каналы, всех нужных людей и мог помочь с реализацией практически чего угодно. Скользкий и беспринципный, он готов был работать на кого угодно, и лишь его полезность служила оправданием того, что это ничтожество до сих пор отравляло своим зловонным дыханием воздух станции.
– Чего тебе? – Липпе с трудом сдержал желание оттолкнуть Чикиту.
Паразит. Ищет повода в очередной раз сдать дружков? Таким уродам на все законы плевать, даже обычаи собственной банды.
– О, мой щедрый и благородный господин, не захочешь ли ты выслушать меня? – Чикита подобострастно улыбнулся щербатым ртом. От него пахло кислятиной и пряной отравой «Кристалла», наркотика, в последнее время расползшегося по станции как гниль. Арбитры сбивались с ног, отыскивая каналы поставок и распространителей.
– Валяй. – Брезгливо поморщился Кай. Иногда среди сплетен, которые информатор вываливал на любого платёжеспособного слушателя, проскальзывало что-то полезное.
Чикита вжал голову в плечи, точно обжёгшись о ледяной взгляд Липпе. Тот брезгливо поморщился и повернулся к прилавку, чтобы собрать упавшие газеты. Ниро всегда старался избегать встреч с Чикитой. Само существование этого человека будило в нём чёрный гнев, контролировать который было не так просто.
Сейчас нельзя, Кай, держись. От него воняет, он лебезит и пресмыкается. Мерзкий паразит, готовый продать всё и всех за дозу. Но нельзя. Слышишь? Нельзя поддаваться гневу. Не сейчас. Помнишь тот сон? Холодно, Кай, так холодно, что немеют пальцы. Держись.
– А ещё я видел, как к торговцу на третьем альфа-уровне в лавку зашла женщина. Остиа! И это пока его жены дома не было! Красивая, пута. Вот только не для того, о чём вы подумали. – Чикита сально захихикал. Ниро сжал челюсти до скрипа, ему нестерпимо захотелось ударить этого человека. – Она приторговывает кое-какими веществами, а ещё предлагает услуги мальчиков. Ну, там мебель переставить, ковёр выбить, если вы понимаете, о чём я. Мариконе!
Держись, Кай. Дыши медленнее. Это пройдёт. Просто неприятная процедура.