Ниро брезгливо скривился и протянул Чиките деньги. Эта наводка могла дать ему новый след, а могла оказаться пустой, но другого способа получить нужную информацию от Госпитальеров не было.
Снова придётся открыть копилку. Тихо, Кай, спокойно…
Ниро резко развернулся и быстро вошёл в газетную лавку со спецпрессой. Ему хотелось оказаться как можно дальше от Чикиты. Тот исчез, едва за Липпе закрылась дверь. Нужные издания Ниро нашёл быстро, продавец даже сделал скидку, потому что одно из них продавалось слишком плохо, а завезли его едва ли не вдвое больше, чем обычно.
Вернувшись в крыло вериспексоров, Кай сразу зашёл в общий зал и положил стопку газет и сдачу на стол Ди Крус – самой Матильды не было на месте. Сидевший за одним из столов помощников вериспексор посмотрел на Ниро с лёгкой улыбкой и вернулся к работе со сводными таблицами.
Он не насмехается, нет. Вспомни «Чтение эмоций» Лаверси. Это подбадривающая улыбка старшего младшему. Все признаки есть. Кай, улыбнись в ответ. Вот так, уверен, что получилось.
Ниро натянуто улыбнулся и отошёл от стола. Лицо будто заледенело от неумелой попытки. Белектрис, притихший после рынка, наконец, выбрался наружу и теперь с тихим гудением летел прямо за Липпе. Сервочереп действовал на Ниро успокаивающе.
Матильда не забрала его, значит, дело на мне, ещё есть время и возможность его раскрыть. Но сколько она мне даст? Восьмидневный цикл или два? Пока Белектрис со мной, я ещё не провалился.
Закончив с поручением Ди Крус, Ниро направился к душевым. Холод, преследовавший его с самого начала расследования, усилился. Ощущение нереальности происходящего, возникшее после того странного сна в монорельсовом поезде, тоже вернулось, напоминая о себе короткими вспышками воспоминаний. Время от времени Липпе казалось, что он видит боковым зрением на белых плитках пола исчезающий след мужских ботинок или падающий лист бумаги.
Добравшись до общего душа, пустого в середине дня, Ниро кое-как стянул с себя одежду и зашёл в самую удобную кабинку. По утрам она обычно доставалась Лари или Крису. Напор воды был совсем слабым, а температура произвольно менялась, но Липпе не замечал всего этого, наслаждаясь возможностью постоять под душем без всякой спешки и насмешливых комментариев из соседних кабинок.
Вода стекала по белым, коротко остриженным волосам, худому лицу и плечам. То холодная, то обжигающе горячая, то почти нормальная, она никак не могла смыть мерзостного ощущения, всегда возникавшего после общения с Чикитой. Обычно Ниро просто отмахивался от информатора, но сегодня неожиданно для самого себя решил выслушать. Возможно, мозг Ниро подсознательно искал хоть какую-то пищу для анализа, хоть какую-то подсказку в, казалось бы, неразрешимом деле Натали Гренадин. И Чикита дал ему эту пищу, забрав не только деньги, но и остатки самообладания. Кай закрыл глаза, обхватил голову руками и с силой потянул вниз, напрягая мышцы шеи и плеч. Душ переключился на кипяток, но Ниро не отшатнулся, попытался вытерпеть, сколько получится. Он несколько раз надавил себе на затылок, пытаясь избавиться от нервного напряжения через мышечное. Вечером предстояло встретиться с Чикитой ещё раз.
Ненавижу. Ненавижу его и ему подобных! Грязь, плесень, всепожирающая ржавчина!
Ниро потянулся к мылу уже в третий раз. Бледная кожа покраснела, растёртая до болезненности. Вода почти перестала течь как раз тогда, когда Липпе собирался смыть пену, от которой щипало всё тело. Тонкой струйкой мыться было неудобно и долго. Зато, полностью поглощённый проблемой едва текущей воды, Ниро смог немного успокоиться.
Когда он вышел из кабинки, к нему подлетел Белектрис, сжимавший манипуляторами полотенце. Перед тем, как отдать его, сервочереп сделал несколько пикт-снимков и тут же отправил их в шифрованный архив своего встроенного когитатора. Липпе даже не стал ругаться на него и требовать немедленно удалить. Он уже привык к странной мании Белектриса делать пикт-снимки всего, что казалось ему интересным, забавным или важным. Иногда это здорово облегчало жизнь.
До самого вечера Ниро не выходил из комнаты общежития. Труд Вария Лонга манил слишком сильно, чтобы он мог отказаться от него в свой законный выходной. В девять часов Белектрис, до этого мирно сидевший на плече Липпе, больно впился манипуляторами в кожу и спроецировал на страницу книги изображение песочных часов. Пришло время для ещё одной встречи с самым омерзительным человеком на станции.