- Вы навещаете его?
- Я, если можно так выразиться, живу вместе с ним. Вернее сказать, живу в его доме. Там постоянно живёт семья племянника моего прадеда. Двоюродного дедушки, кажется, это так называется. Но я называю графа Зотова дядей, а его детей кузенами.
- А чем он занимается, ваш дядя?
- Он дипломат. Много лет жил в Париже и служил в дипмиссии. А сейчас вышел в отставку и просто наслаждается жизнью на родине. Но дядюшка слишком активен, чтобы удовлетвориться жизнью обычного обывателя. Я полагаю, в скором времени Павел Анатольевич снова вернётся на службу.
- Как странно: все ваши родственники по материнской линии жили во Франции.
- Да. И, самое интересное, даже не виделись друг с другом. У нас вообще необычная семья, вы не находите?
- О, да! Но наша семья ничуть не уступает вашей. Если рассказывать о хитросплетении наших родственных связей, то и месяца не хватит.
Увлеченные разговорами, молодые люди и не заметили, как оказались у новенького четырёхэтажного здания из красного кирпича, затерянного в тени густо посаженных елей.
- Вот мы и пришли. Благодарю за приятную компанию.
- Позвольте пригласить вас завтра к нам на обед, - баронесса коснулась руки подруги. – У нас здесь совсем крошечный, но очень уютный домик.
- С удовольствием. Нам, я полагаю, есть о чем поговорить
- Маменька, мы же обещали Голубцовым провести завтрашний день вместе, посмотреть развалины замка.
- Жюли, так твой брат тоже здесь? Я бы с удовольствием увиделась с ним. Интересно, как этот богатырь выглядит сейчас.
- Увы, Лёва не смог поехать. У него служба. Вообрази, он дослужился до генерала. Мы приехали вместе с его супругой Марией Сергеевнойи их дочкой Анечкой.
- В таком случае моё приглашение распространяется и на них тоже. Жду вас к четырём часам пополудни. Ах да, адрес. Никки, дай визитную карточку.
***
Едва дамы успели подняться в свой номер, как в дверь постучали.
- Это Аня, наверное. Я открою, маменька.
В комнату впорхнула круглолицая светловолосая девушка.
- Тётя Ульяна, Катя, вы поступили опрометчиво, отказавшись от экскурсии на Нероберг. Я должна вам немедленно всё рассказать, иначе просто лопну от переполняющих меня впечатлений. Мы с маменькой зашли помолиться в храм Святой Елизаветы. Представьте себе, там находится некрополь племянницы одного из наших царей.
- Какого именно?
- Императора Николая I. Оказывается, Великая княжна Елизавета вышла замуж за герцога фон Ниссау, а в восемнадцать лет умерла родами.
- Кошмар! А ребёнок?
- Её дочка тоже умерла. Подумать только, какая ужасная судьба была уготована совсем молодой герцогине! Так наслушаешься, и замуж выходить расхочется. Безутешный герцог повелел воздвигнуть на горе пятиглавый православный храм, который теперь носит имя его покойной супруги, - без умолку тараторила Анечка. – А вы где были?
- Сначала купались в терме Кайзер Фридрих, а потом просто гуляли по центру города.
- Фу, как скучно, - сморщила курносый носик девушка.
- Вовсе нет. Маменька встретила давнюю знакомую, которая познакомила нас со своим сыном. Аня, он такой красавец! Я никогда и ни у кого не видела столь необыкновенных глаз. Они, только представь, меняют оттенок в зависимости от настроения. Насыщенный чайный цвет перетекает в янтарный и наоборот. А ресницы! Они у него густые и совершенно золотые!
- Он рыжий что-ли?
- Ну да, рыжий. Но не бледный и бесцветный, как большинство рыжих. Он яркий, запоминающийся. Лицо тронуто ровным загаром и никаких отвратительных веснушек, которые обычно бывают у рыжих. А как он прост в обхождении! Мы беседовали не более десяти минут, а мне кажется, что я знаю его всю жизнь.
- Да ты никак влюбилась! Вот чудо чудесное! Ужель свершилось, и лёд в твоём сердечке кто-то смог растопить?
- Не смейся надо мной, Анет, иначе я ничего тебе больше не расскажу.
- А есть ещё что-то, кроме неземной красоты нового знакомого? – лукаво ухмыльнулась девушка, заправляя за ушко белокурую прядку.
- Есть, но я тебе не скажу, - надула губки Катя.
- Ну и не надо. Подумаешь, беда какая. А как его зовут?
- Ник. Его мать – баронесса Розенкранц, а он – князь Волоцкий.
- Ого! Ты знаешь, с князем я тоже не прочь познакомиться, хоть он и рыжий, - сверкнула Аня озорными глазками.