И тут появляется Иосиф – один на коне, перед стенами крепости, в такой близости от бастионов, чтобы в него не могли попасть, вынимает меч и кричит:
– Мужчины Ландау! Пожалейте свой город и своих жителей, пока я еще могу удержать своих солдат, пока прохладный воздух милосердия еще сдерживает ядовитые тучи резни, грабежа и прочих ужасов войны. В противном случае пройдет только миг и вы. Увидите, как императорский солдат, опьяненный запахом крови, орошает волосы ваших плачущих дочерей, хватает за бороды ваших отцов и нанизывает ваших обнаженных детей на свои, пики, в то время как беснующиеся от боли матери разрывают своими отчаянными криками облака!
С высоты защитных сооружений, сидя на своем коне, вниз, смотрел комендант Мелак. Он молча слушал. От ужаса лицо его пронизали глубокие морщины.
– Так что же вы скажете, – заключил король Германии и Рима, – не желаете ли вы сдаться? Или хотите, чтобы вас обвинили в сопротивлении и уничтожили?
9 сентября Мелак приказал поднять белый флаг, на следующий день состоялась капитуляция, после которой последовал обмен пленными. 11 сентября все было кончено.
Как и было обещано, Иосиф сдержал своих солдат: с головы осажденных не упало ни волоска. Солдат императорского войска, который украл в церкви чашу для причастия, был казнен по личному приказу короля. Он хладнокровно взирает на казнь, хотя приговоренный был одним из его любимых солдат. Матери, которые прошлой ночью еще прятались в темноте своих жилищ и, прижимая к груди новорожденных, застыв от ужаса, слушали угрожающие слова Иосифа, теперь опустились на колени, чтобы поцеловать его императорские регалии. На следующий день французы отступили; Мелак вынужден признать себя побежденным королем Германии и Рима.
– Великий король, – обратился к нему французский комендант, благодарный за то, что Иосиф пощадил город от ужасающего произвола солдат, который обычно следует за осадой.
Марсили предсказал, что благодаря его военному искусстве Ландау падет в течение недели. Но гению итальянца, объединенному с геройством его юного монарха, потребовалось еще меньше: оказалось достаточно четырех дней.
Атто сделал паузу. Он с трудом переводил дух. В моей коллекции книг об императоре Иосифе I были различные сообщения и хвалебные гимны его деяниям в Ландау, но, к сожалению, все они были на немецком, причем написаны в тевтонском стиле: переполнены скучными рассказами и без забавных эпизодов. Рассказ же аббата Мелани перенес меня прямо в жаркую битву, более того, слил меня воедино с душой моего повелителя.
Я удивился, насколько сильное восхищение, если не любовь к молодому цезарю, сквозили в словах кастрата. Именно он, который до сих пор не прославлял никакого иного монарха, кроме «короля-солнце»!
– Дорогой дядя, в это время вам уже нужно спать, – напомнил ему Доменико.
По возвращении в Вену, продолжал Атто, не обращая внимания на совет племянника, ликованию не было границ: в городе тут же сформировалось большое шествие по направлению к собору Святого Стефана, где было торжественно прочитано «Те Deum». С причитающейся церемонией на Новом рынке была воздвигнута колонна, посвященная святому Иосифу, покровителю Австрии. Даже Леопольд и его супруга, августейшие родители, с которыми у молодого короля никогда не было особенно сердечных отношений, радовались триумфу императорских войск.
Со дня этой победы Иосиф становится многообещающим наследником престола. После Ландау и благодаря помощи Марсили он стал героем.
– Однако один герой уже был, – заметил Атто. – Его звали Евгением Савойским, победитель в великих битвах при Зенте, гроза турок. Но теперь в соревновании за славу у него появился соперник с решающим преимуществом: он был красив, и на голове у него была корона.
В Вене министры Леопольда кипели от ярости. Они точно знали, что Иосиф ждет не дождется, когда можно будет прогнать их и заменить своими доверенными лицами. Единственной возможностью задержать его, было усилить давление на его отца Леопольда. Когда в следующем году Иосиф просит позволения вернуться на фронт, отец отказывает ему в исполнении этого желания. Давление министров подействовало. Евгений, который никак не может пережить то, что в прошлом году оказался в тени славных деяний Иосифа, втайне препятствует возвращению короля Германии и Рима к театру военных действий. Бои за рейнские земли тем временем продолжаются, и вскоре приходит плохая весть: французы осадили Ландау и отвоевали крепость.