— Пей, — коротко бросил он, ставя стакан передо мной.
Я сделала большой глоток и почувствовала легкий посторонний привкус. Он что-то подмешал? Что ж, теперь было уже все равно. Я мысленно дала себе пощечину — надо было думать о сестренках. Через несколько минут я почувствовала, как странное умиротворение разливается по телу, а острые границы паники сглаживаются. Мысли прояснились. Что бы это ни было, это помогло.
— Я так понимаю, ты отказываешь? — тихо спросила я.
— С чего ты это взяла?
— Ты ничего не ответил и просто ушел.
— Я не ответил, потому что, во-первых, тебе было необходимо успокоиться. А во-вторых, я кое-кому позвонил. В данную минуту твою маму уже готовят к перелету в специализированную клинику. Там ей немедленно начнут подбирать подходящее донорское легкое и проведут всю необходимую предоперационную подготовку. Что-то еще?
Мое сердце бешено заколотилось. Как он умудрился организовать все это за полчаса? Волна невероятной, всепоглощающей благодарности захлестнула меня. Не думая, не отдавая себе отчета, я встала, подошла к нему и просто обняла его, прижавшись лицом к его груди. Картер замер в изумлении, его тело на мгновение окаменело. Да и я сама не понимала, что на меня нашло. В его объятиях, пахнущих дорогим парфюмом и силой, было так неожиданно безопасно. И тогда случилось невероятное — его руки медленно поднялись и мягко, почти нежно, легли мне на спину, как будто он боялся меня раздавить.
Не знаю, сколько мы так простояли, но я понимала, что пора отходить. Сделать это было на удивление трудно. Я аккуратно высвободилась из его объятий и снова села.
— Еще один момент... Мне нужны наличные. Моя тетя Валери сидит с сестрами, она не работает... — я назвала сумму, на этот раз относительно небольшую, и попросила перевести ее.
Выйдя ненадолго, я позвонила тете, предупредила о переводе и попросила взять отпуск. Ее реакция на «небольшую» сумму была предсказуемой — шок и подозрения в воровстве. Мне стоило усилий убедить ее, что все чисто.
Вернувшись в кабинет, я застала Картера за его столом, он изучал что-то на планшете. Я села напротив.
— Картер, спасибо тебе. Ты не представляешь... Я никогда не смогу отблагодарить тебя за то, что ты сделал для моей семьи.
Он отложил планшет, и его взгляд стал тяжелым и пронзительным.
— Ты ведь понимаешь, что это не безвозмездно? Ты продала себя. Добровольно.
— Понимаю. Давай обсудим условия.
— Во-первых, ты будешь жить здесь. Во-вторых, я буду трахать тебя, когда захочу, где захочу и как захочу, — он произнес это с ледяной, безэмоциональной четкостью, констатируя факт.
— А зачем мне жить здесь?
Он посмотрел на меня с легким раздражением, как на неразумного ребенка.
— Это гарантирует мне беспрепятственный доступ к твоему телу в любое время суток.
— А где я буду спать?
— В моей спальне.
— А нельзя в гостиной? — осторожно поинтересовалась я.
— Нет.
— Почему?
— Потому что по утрам я тоже хочу секса. А вставать и идти за тобой в другую комнату — не в моих правилах.
Я вся вспыхнула. Господи, это действительно происходит. Я и Картер...
— И как долго это продлится?
— Три месяца. Если ты мне надоешь раньше — я сообщу. И пока действует наша договоренность, ты не будешь даже смотреть в сторону других мужчин. Ни поцелуев, ни флирта, ни общения. Никаких контактов. Все ясно?
— А ты? — не удержалась я.
— Что «я»?
— Ты тоже будешь хранить верность? Спать только со мной?
— В наших условиях речь шла исключительно о тебе, — его губы тронула едва заметная улыбка.
Вот же эгоистичный козел. Даже в такой момент он оставался собой. Я была не согласна, но понимала, что торговаться здесь не имела права. Он мог так же легко забрать все обратно.
— Что ж, раз мы договорились... — я сделала паузу, не зная, что сказать дальше.
Он медленно поднялся из-за стола, и его взгляд, полный темного предвкушения, заставил мое сердце совершить несколько сумасшедших кульбитов. Пришло время платить по счетам.
21
Картер медленно, с хищной грацией обошел меня, остановившись за моей спиной. Его теплое дыхание коснулось уха, когда он наклонился и тихо, но властно произнес:
— Собирайся.
Я замерла в недоумении.
— Зачем? Куда мы?
— Поедем в твое общежитие. Заберешь все вещи, учебники. С сегодняшнего дня ты живешь здесь, — его тон не оставлял пространства для дискуссии.
— А потом? — робко спросила я.
— Потом вернемся, поужинаем и ляжем спать.
— А когда мы... — я не успела договорить, как он мгновенно ответил: