Он оторвался, его дыхание сбилось.
— Я что-то сделал не так?
— Думаешь? — я прошипела с леденящим сарказмом.
— И что же?
— А, ну две недели полного игнора — это правильно, да? Наверное, я что-то не так поняла. Извини, — на моем лице расплылась ядовитая, кривая улыбка.
— Я был занят.
— Поздравляю. А теперь дай пройти.
Он не сдвинулся с места. Его взгляд, тяжелый и пронзительный, буравил меня. Затем, резким движением, он развернул меня спиной к себе, заставив наклониться и упереться руками в раковину. Его ладонь нажала на мою поясницу, выгибая спину дугой. Другая рука стянула и отбросила полотенце, которое окутывало мое тело И мои волосы. Я не сопротивлялась. Не из-за желания, а из-за его подавляющей силы. Он был огромен, и борьба была бы бесполезна.
Повинуясь, я почувствовала, как его сильная рука обхватила мою грудь, большой палец принялся водить по соску, сжимать и теребить его, вызывая не желание, а лишь физиологическую реакцию. Другая его рука скользнула между моих ног, и палец грубо надавил на клитор.
— Какие у тебя проблемы, Шона? — его дыхание обожгло ухо.
— С чего ты взял? — мой голос дрогнул от неудобной позы и его настойчивых прикосновений.
— Обычно не успеваю тебя тронуть, а ты уже влажная и горячая, жаждущая моего члена. А сейчас ты сухая, как пустыня. И холодная.
— А ты догадливый, — я фыркнула, — У меня болит голова, и последнее, чего я хочу — это секс. Можно я наконец пойду спать?
— Нет.
Он резко опустился на колени позади меня. Я вздрогнула, когда его обжигающе горячий и влажный язык коснулся моей самой сокровенной плоти. И тогда он начал. Он вылизывал меня с таким хирургическим, безжалостным знанием дела, что любое тело не устояло бы. Его язык был оружием — он скользил по всем складкам, щелкал по чувствительному клитору, заставляя его набухать, вгрызался в плоть губами. Мое тело, предательски, начало откликаться. Приятная волна тепла разлилась по низу живота. Но это было лишь тело. Мой разум оставался холодным наблюдателем.
Я начала тихо постанывать, не в силах сдержать физиологическую реакцию. Это было умопомрачительно приятно, чистая физиология. Он чувствовал это, и его атака стала еще настойчивее. Мои стоны стали громче, прерывистее. Вот бы Она его увидела таким. Как он сидит на коленях и доставляет мне удовольствие. Мысль о его невесте, Мелани Санчес, пронзила меня острой, жгучей злостью. Но я ничего не сделала. Завтра. Все решится завтра. А сейчас я была его вещью по договору, и здоровье матери зависело от его щедрости. Я не имела права сказать «нет».
В какой-то момент он резко поднялся. Я почувствовала у входа его огромную, наполненную кровью головку, а потом — один резкий, властный толчок, разрывающий меня надвое. Он вошел глубоко, до самого конца. Из моей груди вырвался громкий, непроизвольный стон. И он начал двигаться.
Это было животно, интенсивно, лишено всякой нежности. Он трахал меня так, будто это был первый и последний раз. Он поднял мою ногу, поставив ее на тумбу у раковины, открывая меня еще больше, и его толчки стали жестче, глубже. Одной рукой он ласкал мою грудь, сжимая ее, его губы обжигали мою спину поцелуями и укусами. Мое тело вздрагивало в такт его движениям, захваченное вихрем чистой, необузданной чувственности.
Затем он выскользнул из меня, развернул к себе лицом, поднял за бедра и, прижав к холодной кафельной стене, снова вошел. Я обвила его шею руками, впиваясь ногтями в его плечи. Его губы снова нашли мои, и на этот раз я ответила ему — не любовью, не страстью, а отчаянием, гневом и выплеском всех накопленных эмоций. Это была яростная, почти жестокая схватка.
Он ускорялся, замедлялся, выдерживая этот адский ритм, доводя мое тело до предела. И в конце концов, волна накатила внезапно, сокрушительно. Мой оргазм вырвался из горла оглушительным, надрывным криком, заставив все мое тело содрогнуться в судорогах наслаждения. Картер, сдавленно застонав, с силой впился в мои губы и излился в меня, горячими, пульсирующими толчками.
Мы застыли, прижавшись друг к другу. Он все еще держал меня на весу, прижимая к стене, его член был внутри меня, его тяжелое дыхание обжигало шею. Почти идеальная картина страсти. Почти. Если бы не имя «Мелани Санчес», что звенело в моей голове похоронным звоном.
Я слабо оттолкнула его. Он медленно, нехотя, отпустил меня. Я прошла мимо, не глядя, и снова включила душ, чтобы смыть с себя его пот, его запах, его сперму. Когда я вышла, его уже не было. Я вытерлась насухо и направилась в спальню.