Он лежал на кровати. Увидев меня, он молча встал и вышел. Мне было все равно, куда. Через несколько минут я услышала шум воды в гостевой ванной. Я взяла телефон и увидела сообщение от Коры: «Детка, надеюсь, все в порядке. Я жду тебя в любое время». На душе стало чуточку теплее. Завтра я позвоню маме, соберу вещи и навсегда уйду отсюда.
Я не заметила, как он вернулся. Я вздрогнула, когда его голос нарушил тишину.
— Я вижу, вы сдружились с Греттой.
— Угу, — безучастно буркнула я, листая ленту с мемами.
— Ты сходила к гинекологу?
— Угу.
Он больше не спрашивал. Просто лег рядом, повернувшись на бок, и смотрел на меня. А я смеялась над глупыми видео, стараясь не замечать его взгляда. Вскоре меня начало клонить в сон. Я выключила свет со своей стороны, заблокировала телефон и устроилась поудобнее.
— Завтра я уезжаю на неделю, — прозвучал в темноте его голос.
И снова внутри все сжалось от гнева. Я уже знала — с невестой на острова.
— Куда?
— Неважно. Так что эту неделю ты пробудешь здесь одна, — в его голосе снова зазвучал привычный приказной тон. — И будешь ждать меня. Надеюсь, когда я вернусь, у тебя будет другое настроение, и ты наконец расскажешь, что с тобой происходит.
«Ждать тебя, пока ты развлекаешься с будущей женой? Ага, конечно», — пронеслось у меня в голове.
— Это все? Я могу спать?
— Можешь, — он «разрешил».
Я повернулась к нему спиной и уже начала проваливаться в сон, как вдруг почувствовала знакомое прикосновение. Его горячая, упругая головка скользнула между моих ягодиц, нащупывая вход, поглаживая мои еще чувствительные складки. И снова началось. Медленно, почти лениво, он вошел в меня сзади, его рука обхватила меня за талию, прижимая к себе. В полубессознательном состоянии, истома и усталость взяли верх, и мое тело снова откликнулось, отвечая на его глубокие, размеренные толчки. На этот раз все закончилось тихо — сдавленными стонами и долгими, горячими пульсациями внутри меня. В душ я уже не пошла, просто отключилась, как будто вырубив рубильник. Последней мыслью перед тем, как погрузиться в забытье, была: «Отлично. Завтра я собираю вещи и ухожу. Навсегда».
29
Кора, развалившись на моей кровати в общежитии, смотрела, как я вынимаю из сумки аккуратно сложенные вещи. Её взгляд был полон нескрываемого любопытства.
— Ну, рассказывай, почему ты переехала обратно? — не выдержала она. — Три месяца ещё не прошло. Или он наигрался тобой и решил, что пора закругляться?
Я, не глядя на неё, продолжала раскладывать одежду по полкам, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно и бесстрастно.
— Нет. Просто у него есть невеста. Решила не быть третьей лишней.
В комнате на секунду повисла гробовая тишина.
— Невеста? — Кора привстала на локте, её глаза округлились от шока. — То есть, у него была ты, и параллельно он кому-то сделал предложение?
Я горько усмехнулась. В этом звуке не было ни капли веселья.
— Нет. Как я поняла, она у него, что называется, «с детства». Некий договорной брак, династический союз.
— Разве в наше время такое ещё бывает? — недоверчиво спросила Кора.
— Ну, как видишь, бывает, — парировала я, с силой захлопнув пустую сумку.
— Но может быть он и не хочет этого брака? — попыталась она найти оправдание.
— Кора, он сегодня улетел с ней на острова. На неделю. На романтический отдых. Ты и вправду так думаешь? — мой голос прозвучал ледяно, обрезая все возможные иллюзии.
— Вот же козлина! — выдохнула она с неподдельным возмущением. — Теперь всё понятно. Ты узнала, устроила ему сцену и свалила. Правильно сделала.
— Я не устраивала никаких сцен. Я даже не стала ничего выяснять. Я просто… проснулась, поняла, что не могу там больше находиться, и ушла. Пока он был в отъезде, а Гретта ещё не пришла. Просто собрала вещи и ушла.
— И ты ему ничего не сказала? — Кора смотрела на меня с ужасом и восхищением одновременно. — Но ты не думаешь, что он перестанет платить за лечение твоей мамы?
И тут я вспомнила утренний звонок. Пока я впопыхах собирала чемодан, стараясь не думать ни о чем, телефон разрывался. Это была мама. Её голос, впервые за долгие месяцы, звучал бодро и светло. Она рассказала, что чувствует себя гораздо лучше, что врачи говорят о выписке через неделю, что всё лечение оплачено. Она благодарила моего «загадочного друга» Картера и спрашивала, когда же я наконец привезу его познакомиться. Я сжала телефон так, что костяшки побелели, и быстро перевела разговор на сестёр. Какой смысл было что-то объяснять? У меня есть небольшие накопления — я смогу приехать за ней, помочь ей дома. Я планировала провести с ней хотя бы неделю, помочь адаптироваться. Эти мысли были моим спасательным кругом.