Я и сама изнывала от желания. Взобравшись на него, я направила головку члена к своему влажному, готовому к нему входу и, закусив губу, медленно опустилась на него, чувствуя, как он наполняет и растягивает меня изнутри. Когда он вошел полностью, из моей груди вырвался долгий, блаженный стон. Я начала двигаться, медленно и глубоко, находя свой ритм, наслаждаясь каждым сантиметром, каждым трением, каждым всплеском удовольствия.
Но его терпение лопнуло. Он перевернул меня, прижав к матрасу, и, обхватив мои ягодицы, вошел снова, задавая быстрый, неумолимый темп. Его толчки были сильными, глубокими, выбивающими дух. Он покрывал мое лицо, шею, грудь поцелуями, то нежными, то почти болезненными. Приближение оргазма стало нарастать внутри меня горячей, сжимающейся волной. Он сменил позу, снова оказавшись сверху, и, входя в меня, наклонился к самому уху:
— Не смей больше уходить от меня. Пока наш договор не истек.
Мой разум был затуманен страстью, тело кричало о скорой разрядке. Я лишь беспомощно закивала, и в этот момент оргазм накрыл меня с такой силой, что мир померк. С криком, в котором смешались боль и наслаждение, я кончила, чувствуя, как его тело напряглось, и он с мощной пульсацией излился глубоко внутри меня. Он рухнул на меня всей тяжестью, и мы лежали так, в тишине, нарушаемой лишь нашим тяжелым, выравнивающимся дыханием.
Спустя неизвестное время он поднялся и, не говоря ни слова, ушел в душ. Я лежала, пытаясь осмыслить произошедшее. Он не наказал меня. Он... обладал мной с такой яростью и страстью, что в этом было что-то почти первобытное. «Нет, — тут же одернула я себя, — не ищи в нем ничего, кроме собственника. У него есть невеста».
Войдя на кухню, завернутая лишь в полотенце, я увидела его. Картер сидел за столом, лениво листая ленту на телефоне. Его взгляд поднялся и встретился с моим.
— Понравилось? — спросил он с легкой ухмылкой.
— Что именно? — с вызовом парировала я.
— Целоваться с другим. В нашем соглашении четко обговорена твоя исключительность на этот срок.
— А тебе понравилось? — огрызнулась я, подходя к кофемашине. — Трахать меня, когда у тебя есть невеста?
— Ревнуешь? — одна его бровь поползла вверх.
— Фу, нет. Мне все равно.
— А я так не думаю, Шона.
— Чего ты от меня хочешь?
— Полного подчинения еще два месяца. А потом наши пути разойдутся. Ты забудешь меня, как страшный сон.
Его слова кольнули в сердце острой болью. Неужели я для него всего лишь временная забава?
— Хорошо, — сказала я, внезапно ощущая ледяную решимость. — Но тогда и с твоей стороны — никаких других. Никаких невест.
— Я не могу этого обещать, и ты знаешь почему.
— Тогда и от меня не жди верности, — выпалила я.
Он резко встал, и через секунду его мощная фигура нависла надо мной. От его близости перехватило дыхание, но я не отступила, встретив его взгляд с вызовом.
— Малышка, — его голос прозвучал тихо и опасно. — Ты изначально знала, кому продаешь свое тело, разве нет?
— Почему ты так ко мне прицепился? Чего ты хочешь?!
— Тебя, — прозвучало без тени сомнения.
И после этих слов все снова превратилось в хаос. Полотенце упало на пол. Он приподнял меня, посадил на холодную столешницу кухонного острова, и его губы снова нашли мои. Это был секс ярости, отчаяния и невысказанной боли — жесткий, быстрый, оставляющий синяки. Когда все закончилось, и мы, изможденные, лежали в постели, готовясь ко сну, я задала вопрос, который горел во мне:
— Как давно она с тобой?
— Очень давно.
— Почему ты не сказал мне о ней?
— Потому что тебя это не касается.
Ах, вот как? Что ж, отлично. Я повернулась к нему спиной, сжимая веки, пытаясь загнать обратно предательские слезы. В груди все болело, а мысли разрывали на части. «Я поступлю с тобой точно так же, Картер. И тогда ты, наконец, поймешь, что я чувствую. А потом я уйду. Навсегда».
33
Пролетел месяц с того дня, как я снова переступила порог квартиры Картера. Время текло странно — то растягиваясь в долгих вечерах за учебниками, то стремительно сжимаясь в объятиях, что оставляли на коже следы и в памяти — яркие, жгучие воспоминания.
Мама уже давно была дома, и ее восстановление шло полным ходом. Картер, не говоря ни слова, организовал все: оплатил ее перелет первым классом, нанял не просто домработницу, а квалифицированную сиделку с медицинским образованием и оформил для мамы страховку премиум-класса, закрывавшую любые возможные осложнения. Когда я пыталась его благодарить, он лишь отмахивался, словно речь шла о пустяках.