Марселина взглянула на нее.
— Что ж, мадемуазель, я буду вам только благодарна за помощь. Пойдемте, — и она повела Засуху наверх.
Хомер остался доедать завтрак. Он был очень не в духе.
«Смотри, пожалуйста, повела к себе эту старую тряпичную куклу. А я вот уже который день предлагаю ей мою помощь, а она не желает, отказывается», — бормотал он себе под нос.
…К обеду вернулись все грачи и уходившие вместе с ними в горы американские школьники. В этот день было, наконец, найдено в горах место, будто нарочно созданное природой для большого народного собрания. Находилось это место совсем неподалеку от Гнезда, у подножья Волчьего Зуба. Долина в форме подковы, поросшая низкой изумрудной травой, а кругом невысокие каменистые холмы с возвышающейся над ними скалой, до того похожей на трибуну, что старшие грачи, увидев ее, выразительно переглянулись. Долина была достаточно просторна для того, чтобы вместить не только несколько тысяч людей, но и их транспорт.
Пока гости и хозяева собирали растения, цветы и образцы пород, Корасон, по просьбе Рамо, набросал план долины, чтобы показать Матери.
Нашли огромный зеленый зал! Нашли великолепное помещение под голубым куполом неба! Старшие грачи были в восторге и заразили своим настроением Рамо. Из похода возвращались с песнями. Впереди ребят бежал, подняв хвост торчком, Мутон: он тоже ходил в поход.
В Гнездо грачи примчались загорелые, исцарапанные, растрепанные, но веселые и голодные, как черти. Все притащили огромные букеты альпийских цветов, срезанные по дороге ореховые палки, целые рюкзаки различных минералов. Буквально у всех были приключения. Тэд поскользнулся, переправляясь через горную речку, и расквасил нос. Дэв упустил в ту же речку рубашку. Клэр нашла ежа. Витамин видела живую змею, но не испугалась. Корасон спугнул дикую козу. С Жюжю ничего такого не случилось, но болтал он и смеялся чуть не громче всех.
И только трое не принимали участия в общем оживлении. Рой был страшно не в духе. Во-первых, отыскивая по поручению Хомера пещеры, он исцарапал колючим кустарником лицо и руки, которые очень холил; во-вторых, разорвал в нескольких местах свой новенький спортивный костюм; в-третьих, еле дышал от усталости и жары и сознавал себя красным, потным и некрасивым; в-четвертых, — это было самое главное! — Клэр, с которой он надеялся в этом походе поговорить и наладить отношения, все время шла с Корасоном и Рамо и не сказала с ним и двух слов.
Фэйни тоже ходил надутый. На привале он начал хвастать своими мускулами и победами в борьбе. Тогда Жорж предложил ему померяться силами. Вмиг выбрали Рамо судьей, вмиг встали плечом к плечу, образовав широкий круг. Оба соперника скинули куртки, а через две минуты Фэйни уже лежал на земле, стиснутый, точно железными обручами, руками и ногами Жоржа, который восседал на нем верхом. Грачи бешено аплодировали, и Рамо сказал что-то ироническое по адресу Фэйни. С трудом поднялся на ноги побитый чемпион борьбы, с трудом и с помощью своего неизменного адъютанта Лори Миллса пустился он в обратный путь. Мысленно он клял и Гнездо, и Жоржа, и всех грачей, а главное — Хомера, который затеял всю эту поездку. Он дал себе слово во что бы то ни стало «насолить» грачам, отомстить за свое поражение и с ненавистью посматривал белесыми глазками на Рамо и Жоржа.
— Увидишь, как я с ними за все рассчитаюсь, — шептал он Лори Миллсу, который из солидарности тоже шел мрачный и злой.
Рамо первый заметил приехавших девочек. Они стояли в дверях столовой с Хомером.
— А вот и гости, которых мы ждали! — приветливо воскликнул он. — Здоровайтесь, друзья, да ведите их в столовую, поделимся с ними нашим обедом!
— Нет, нет, мы уже ушпели пожавтракать до ваш! — Мари кокетливо замахала ручками. — Мы шовшем шыты!
Послышался смех. Это Жорж не выдержал.
Грачи, как были, с букетами и рюкзаками, окружили девочек. Они с любопытством разглядывали баранью мордочку Мари, нарядную, красивую и очень надменную Алису и облаченную все в тот же старенький джемпер Лисси Бойм, которая кого-то выискивала в их веселой толпе.
Мутон подошел понюхать приезжих: стоит или не стоит на них ворчать? Нет, кажется, не стоит…
— Какие чумазые! — прошептала на ухо Мари Алиса. — Ты только взгляни на руки девочек! Прямо огородницы какие-то…
Хомер принялся представлять пансионерок.
— К нам прибыли воспитанницы госпожи Кассиньоль, — провозгласил он. — Вот эта молодая особа, — он выдвинул вперед Лисси, — дочь знаменитого немецкого ученого, владельца многих лечебных заведений.
Снова раздалось приглушенное фырканье. Лисси обернулась и увидела Тэда Маллори, который вместе с Дэвом подавал ей знаки и уморительно гримасничал.