Вторник приближался. Я ждал его, как ждут праздника.
А пока — работа, тренировка, звонок Вере перед сном (она попросила «спокойной ночи» по телефону, и Кира разрешила). Её тоненький голосок в трубке: «Пап, а когда ты придёшь?» — и моё обещание: «В среду, солнышко. В среду».
Я жил от среды до субботы. От встречи до встречи. От её улыбки до её следующей улыбки.
И это была лучшая жизнь за последние три года.
Глава 20. Кира
Питер встретил меня серым небом и мелким дождём. После нескольких дней в родном городе, где солнце жарило по-летнему, эта промозглая морось была почти облегчением. Я вернулась в свою колею: бутик, заказы, Вера в садике до обеда, вечерние прогулки вдоль канала. Всё как обычно. Всё, как было до того, как я поехала на годовщину к Лене и Косте и увидела его.
Но «как обычно» больше не работало.
Я ловила себя на том, что проверяю телефон каждые полчаса. Он писал редко — короткие сообщения про Веру, про следующую встречу, иногда — «как дела?». Я отвечала сдержанно: «Нормально», «Занята», «Вера спрашивала про тебя». Ничего личного. Но каждый раз, когда экран загорался и я видела его имя, сердце подпрыгивало. Это раздражало. Я всё ещё не разрешила себе чувствовать.
Во вторник с утра я была в бутике. День обещал быть скучным: привезли новую коллекцию, нужно было разобрать коробки, развесить вещи, обновить витрину. Я возилась с манекеном, когда дверной колокольчик звякнул. Я не обернулась — подумала, что это Лена, которая обещала зайти поболтать. Бросила через плечо:
— Ты рано. Я ещё даже кофе не сварила.
— Я могу подождать.
Голос был не Ленин.
Я замерла. Руки так и остались на плечах манекена. Медленно, очень медленно, я повернулась.
В дверях стоял Дмитрий. В джинсах и лёгкой куртке, с которой стекали капли дождя. Волосы влажные, на щеке — капля воды, которую он не вытер. Он смотрел на меня и улыбался — той самой улыбкой, осторожной и немного виноватой, которую я уже успела запомнить за последние дни.
— Ты что здесь делаешь? — спросила я. Голос прозвучал резче, чем я хотела.
— Приехал посмотреть на твой город.
— Ты с ума сошёл? Мы договаривались — среда, парк. Я не ждала тебя сегодня.
— Я знаю. Поэтому и пришёл не к тебе, а в бутик. Как обычный клиент, — он обвёл взглядом вешалки с платьями, манекены, витрину. — У тебя красиво. Уютно.
Я всё ещё стояла с манекеном в руках. Он выглядел спокойным, но я видела, как он нервничает. Пальцы сжаты в карманах, плечи чуть приподняты, взгляд настороженный — он ждал, что я сейчас его выгоню.
И я должна была выгнать. Должна была напомнить ему про условия, про «никаких внезапных визитов», про то, что я не готова. Но я стояла и молчала. Потому что где-то глубоко внутри, под слоями обид и страхов, я была рада его видеть. И ненавидела себя за это.
— Закрой дверь, — сказала я наконец. — Там холодно.
Он закрыл. Прошёл внутрь, но держался на расстоянии — не приближался, не пытался обнять или хотя бы коснуться. Просто стоял посреди зала и ждал.
— Как ты вообще узнал адрес? — спросила я, хотя ответ был очевиден.
— Лена. Не ругай её. Я её пытал.
Я вздохнула, поставила манекен и вытерла руки о джинсы.
— Кофе будешь?
— Буду.
Я ушла в подсобку, где стояла кофемашина. Пока она гудела и плевалась паром, я пыталась успокоить сердце. Он здесь. В моём городе. В моём бутике. Без предупреждения. Это было нарушением всех моих правил — и в то же время это было... по-настоящему. Не игра. Не стратегия. Просто мужчина, который соскучился.
Я вернулась с двумя чашками, протянула одну ему. Он взял, и наши пальцы снова встретились — на секунду, на долю секунды. Ток. Тот самый. Я отдёрнула руку быстрее, чем в прошлый раз.
— Ты специально? — спросила я, садясь на стул у кассы и кивая ему на соседний.
— Что именно?
— Приехать без предупреждения. Чтобы посмотреть, как я отреагирую.
— Нет, — он покачал головой. — Я приехал, потому что хотел увидеть твою жизнь. Твой город. Твой бутик. Я три года ничего о тебе не знал, Кира. А теперь хочу знать всё. Я купил билет в воскресенье утром, после того как проснулся и понял, что не могу ждать среды. Это не часть плана. Это просто желание быть рядом.
Я прикусила губу. Он говорил честно. Я слышала это по голосу.
— Я же сказала — без давления.
— Это не давление. Я уйду, если ты скажешь. Прямо сейчас, без обид. Но если ты позволишь мне остаться хотя бы на час — я хочу посмотреть на твой бутик. И, может быть, пригласить тебя на обед. Или не на обед. Просто прогуляться. Дождь уже заканчивается.