И именно это меня пугало.
Я не хотела удобного Дмитрия. Я хотела того — опасного, властного, непредсказуемого. Того, от которого у меня подкашивались ноги и перехватывало дыхание. Того, кто мог одним взглядом заставить меня дрожать. Того, кто знал мои самые тёмные желания и не боялся их.
Прошлая ночь была прекрасна — нежная, чувственная, полная любви. Но где-то глубоко внутри я скучала по другой любви. По той, что граничила с болью. По той, где я теряла контроль.
Я смотрела на спящего Дмитрия и думала: а что, если я сама разбужу зверя?
Идея пришла не сразу. Я прокручивала её в голове целый день — пока отвозила Веру в садик, пока разбирала новые поступления в бутике, пока ехала домой в переполненном трамвае. А вечером, когда Дмитрий вышел в магазин за хлебом, я достала из шкафа шёлковый платок и положила его на подушку. Сверху — записку, написанную моим самым аккуратным почерком:
«Найди меня. Как раньше. Если сможешь.
Я жду тебя там, где всё началось. У фонтана. В полночь».
Я знала, что он поймёт. Тот фонтан — место нашего первого поцелуя, о котором мы договорились ещё в первой книге. Я помнила его, хотя прошло столько лет.
Вера осталась у Лены. Я вызвала такси и поехала в центр. Сердце колотилось как сумасшедшее, пока я шла по вечернему Невскому к каналу Грибоедова. Тот самый фонтан, который мы считали «нашим», прятался во дворе старого особняка — я нашла его год назад, когда искала помещение для бутика. Маленький, заброшенный, но всё ещё работающий.
Я села на скамейку у воды, закуталась в плащ и стала ждать. В сумочке лежал второй платок — чёрный, атласный, на случай, если он захочет продолжить игру.
Было прохладно. Вода тихо журчала, фонари отбрасывали жёлтые круги на мокрый асфальт. Я смотрела на вход в арку и считала минуты. Десять. Пятнадцать. Двадцать.
Он опоздал на три минуты.
Но когда его фигура появилась в арке — широкая, тёмная, с горящими глазами хищника, — я поняла: он здесь. Мой Дмитрий. Настоящий.
Он шёл ко мне медленно, как зверь к добыче. Я встала, но не побежала. Стояла и смотрела, как он приближается.
— Ты нашёл меня, — сказала я.
— Ты хотела, чтобы я тебя нашёл.
Он остановился в шаге от меня. От него пахло морозным воздухом и возбуждением. Я видела, как вздулись вены на его предплечьях, как напряглись плечи под тонкой курткой, как потемнели его глаза — те самые, которые я так любила.
— Я скучала по этому, — сказала я тихо. — По тебе настоящему.
Он взял меня за подбородок и заставил посмотреть в глаза.
— Ты уверена, что хочешь этого?
— Да.
— Тогда правила прежние. Если хочешь остановиться — скажешь «красный». Если хочешь продолжить — молчишь.
— Молчу.
Он усмехнулся. Та самая усмешка, от которой у меня внутри всё переворачивалось. А потом наклонился и прошептал мне на ухо:
— Тогда беги.
И я побежала.
Глава 30. Дмитрий
Записка лежала на подушке. Я прочитал её дважды, и мир сузился до одной точки.
«Найди меня. Как раньше. Если сможешь».
Она разбудила зверя. Того самого, которого я держал на цепи все эти недели — с того самого дня, как снова её увидел. Я кормил его крохами: её улыбками, её поцелуями, её стонами. Но он требовал большего. Он требовал охоты.
И она дала ему эту охоту.
Я вышел из квартиры через пять минут. Даже не одевался специально — джинсы, куртка поверх футболки, кроссовки. Одежда не имела значения. Имело значение только то, что где-то в ночном городе меня ждала моя женщина. Моя бывшая жена. Моя Кира. И она хотела, чтобы я её нашёл.
Я не знал, что это — игра, проверка или подарок. Но я знал: такого шанса упускать нельзя. Три года. Три чёртовых года я мечтал об этом моменте — когда она снова бросит мне вызов, когда она снова станет добычей, а я — охотником. И вот он настал.
Такси домчало меня до центра за пятнадцать минут. Я вышел у набережной канала Грибоедова и пошёл пешком. Я знал, где она. «Там, где всё началось». У фонтана. В полночь. Фонтан был один — тот самый, во дворе старого особняка, который мы случайно нашли четыре года назад. Тогда мы ещё не были женаты, ещё не разрушили всё, ещё только начинали свою опасную игру. Я помнил тот вечер: как она стояла у воды, как вода блестела на её лице, как я впервые её поцеловал и как она ответила — жадно, будто ждала этого всю жизнь.
Сегодня всё будет иначе. Сегодня поцелуями не закончится.
Я вошёл в арку и увидел её. Кира сидела на скамейке у фонтана — маленькая фигурка в плаще, с распущенными волосами, блестящими в свете фонарей. Она встала, когда я приблизился. Её глаза смотрели на меня с вызовом и страхом — тем самым сладким страхом, который я так любил вырывать из неё. Её грудь вздымалась часто, дыхание было сбитым. Она нервничала. Но она была здесь. Ждала меня. Хотела меня.