И рядом с ним, как напоминание о моем поражении, стояла моя метла. Родненькая!
Недовольство вспыхнуло внутри, и я почувствовала, как ярость накрывает меня с головой.
– Как тебе? Нравится твой новый трон, мерзость ты чешуйчатая? — спросила я, сжимая зубы.
Мужчина взглянул на меня с ухмылкой, словно предвкушая развлечение, и ответил с ядовитой улыбкой:
– О, дорогая Яга, я всего лишь временно присмотрел за ней в твоё отсутствие. Правда, пока возвращать не собираюсь.
Неужели, смеется? Га-а-ад! Неужели он считает, что я просто так уйду без своей метлы? Это неприемлемо!
Как только я вошла в зал, он, не изменяя своей хищной ухмылке, подался чуть вперёд на троне, словно кот, забравшийся на окно и внимательно наблюдающий за мышкой. Да, Ящер всегда был таким — что-то между хищником и лукавым змеем, который знает, как разозлить свою жертву, и делает это с особым наслаждением.
— Яга! Как ты прекрасна, как всегда! Даже без метлы ты выглядишь… ну, особенной, — произнёс он, его голос был наполнен игривостью и провокацией. Слова его звучали, как мелодия старого мотива, знакомого и одновременно выматывающего.
Я закатила глаза и, стараясь не поддаваться его чарам, ответила:
— Хм, спасибо. Вряд ли у тебя есть права на иронию, когда ты сидишь тут, как павлин в гнезде.
Он только рассмеялся.
— Что ж, могу себе позволить! У меня даже метла есть. — ухмыльнулся он, и в его голосе было столько злорадства, что я чуть не выпустила всю свою ярость на него.
— Да, ты все такой же, — заметила я, напялив на лицо самую скучную улыбку, которую только могла придумать, что, конечно, вызвало его смех. Я знала, что это лишь провокация; он всегда знал, как вывести меня из себя. В конце концов, это была наша игра, свойственная нам с незапамятных времён.
В нашей вражде всегда прятался некий интерес, какое-то притяжение, от которого ни то чтобы не убежать — его невозможно было игнорировать.
— Говорят, что вражда делает старых друзей ближе, — проворчала я, прижимая руки к груди.
— Да, но я так и не могу понять, как же ты, Яга, всё ещё держишь своих мух в узде! Сколько ещё лет ты сможешь прятать их под метлой? — поддразнивал он, его взгляд сиял от смеха.
Мой ответ был коротким:
— Не будь самонадеянным, Ящер! Научись держать язык за зубами, ведь мухи порой могут укусить ещё больнее, чем твой язвительный юмор!
Мужчина только заливался смехом, а я чувствовала, как моя злость постепенно затихала, пусть это и не было похоже на полную победу. В нашей вечной игре он оставался сильным соперником, и в этом уж была своя прелесть!
Я, собравшись с духом, подошла ближе к его трону и, постукивая пальцем по бедру, произнесла:
— Я приказала тебе вернуть метлу.
Он усмехнулся, нагло и самодовольно, как только Ящер и умел — с той ухмылкой, которая могла бы вызвать желание ударить его заколдованной палкой. Жаль под рукой не было.
— И как же ты собираешься заставить меня это сделать? — произнес он, его голос напоминал треск сучьев в костре, полный веселого презрения. — Заколдуешь?
Злость разгоралось во мне, как буря, готовая сорваться с цепи. На фоне наших слов возникала старая игра — я, старающаяся выглядеть уверенной, а он, словно хитрый лис, лишь усмехался и ждал, когда я сделаю первый шаг.
— Ты не смеешь смеяться надо мной! — выкрикнула . — Если ты думаешь, что твоя самодовольная рожа останется безнаказанной, то ты ошибаешься, Ящер.
Пока в голове мелькали различные уловки и заклинания, у меня возникло смутное желание использовать его же смех против него. В такие моменты приходит на ум старинная поговорка: «Что посеешь, то и пожнёшь» — и я собиралась, что бы там ни было, поразить его.
— Да неужели? — поддразнивал он, его голос лился, как мед.
— Я могу сделать так, что ты об этом сильно пожалеешь, — произнесла я, принимаясь прокручивать в голове идеи, как же заставить его вернуть мне мою метлу.
Его смех продолжал разноситься по залу, как эхо в безмерной бездне. Он явно находил удовольствие в моем раздражении.
— О, Яга, выброси свою злость, это лишь подобно ветру в поле — ничего не решает! — заметил он, закатывая глаза, играя с моими словами. Он всегда умел разжигать во мне ненависть.
Я сделала шаг вперёд, вплотную приблизившись к его трону и указывая пальцем прямо ему в грудь.
— Метла! — произнесла я, стараясь поддерживать уверенный взгляд.
Ящер посмотрел на меня с безразличной ухмылкой, его черные волосы теребил лёгкий ветер, а в глубине его глаз играли огоньки веселья. И вдруг он резко схватил меня за руку, буквально опрокинув на свои колени.