— Да, скорее всего... А вам известно, когда и куда они уехали? И был ли с ними Виктор?!!
— Они все уехали ещё до нашего возвращения. Так что нет, я не знаю, ни куда, ни когда. Они только оставили записку и деньги, - и мадам извлекла из комода маленький лист бумаги, - "Благодарю за гостеприимство! Генрих Рай" — вот и всё, что здесь было.
— А Виктор?! - Антуан поднял на мадам Бефо полные отчаяния глаза.
Но та лишь отрицательно повела головой:
— Его наша соседка не видела.
— Его вообще в те дни никто не видел, - вдруг буркнул Поль, - Он словно сквозь землю провалился. Было два близнеца, и вдруг остался один, Эжен.
— Поль, ты думаешь он... Уехал из города?! Его не было в Рунде? - Антуан уже обращался напрямую к мальчишке, который, похоже, теперь был готов говорить.
— Не знаю... Они с Эженом были настолько похожи, что никто, совсем никто не мог их различать, даже мы. И они часто этим пользовались... Только пацаны говорят, что в те дни их больше не видели вместе... Так это правда?!
— Что правда?
— Что вы предали своего брата этому герцогу? Что вы были дружны с герцогом, который убил Эжена?! - вдруг выпалил Поль.
— Поль, сынок! Как можно такое говорить?! - ужаснулась мадам Бефо.
Но тут, к её изумлению, Антуан сокрушенно вздохнул и… кивнул:
— Правда в том, что тогда я совсем запутался..., наделал уйму ошибок... Но, поверь, я не был дружен с герцогом. И я не предавал ему своих братьев! Хоть в итоге всё так и выглядит... Поль, я не враг братьям! Поверь! Сейчас я пытаюсь найти их... Кто знает, может быть, мне удастся отмыть своё имя от той грязи, в которой оно оказалось благодаря... герцогу и... моей глупости... Может быть и нет… Но главное, это найти Виктор и Жана, и помочь им вернуться домой!
На глазах мадам Бефо навернулись слёзы.
Антуан окинул горестным взглядом семейство Бефо и понял, что его надежды снова оказались пустыми миражами, и здесь он не найдёт ответы на свои вопросы. Признавшись себе в этом, он тяжело вздохнул и встал. А семейство Бефо молча следило за тем, как он собирается. Уже будучи на пороге, Антуан обернулся и снова обратился к Полю:
— Мне сказали, что на запястьях Виктора были какие-то... шрамы? Это верно?
Поль с готовностью кивнул и тут же добавил:
— У них у обоих были глубокие шрамы на обеих руках!
— А откуда? Они не рассказывали, как их получили?
— Рассказывали. Только всякий раз разную историю. Они здорово сочиняли, хором. Заслушаешься! А где в их рассказах правда, мы не знаем... - усмехнулся Поль, которому, видно, припомнились какие-то из этих рассказов.
— Это очень страшные шрамы, - согласилась мадам Бефо, тоже вставшая из-за стола, - Я видела подобные прежде... у каторжников и рабов. Но эти мальчики, такие молодые, такие светлые...
Антуан подарил ей горький взгляд и низко поклонился, прощаясь.
— Сударь! - мадам Бефэ вдруг рванулась вслед за ним.
Он непонимающе развернулся и увидел, как она осенила его крестным знамением:
— Храни вас Господь, Антуан!
Поражённый Антуан благодарно улыбнулся, поклонился и с тем покинул этот гостеприимный дом.
* * *
— О, господин де Валеньи! Наконец-то! - встревоженный хозяин гостиницы выбежал из-за барной стойки навстречу Антуан, - Наконец-то вы вернулись!
— А что твой сын? Вернулся? - нахмурился в ответ Антуан.
Росэ-старший в тот же миг сменился с лица:
— Он... Он... почему-то боится вас. Сказал, что не появится здесь, пока вы не уедете, - Росэ пришлось сделать над собой большое усилие, чтобы сказать это, и теперь он с ужасом ожидал ответ.
Антуан подошёл ближе и заговорил почти шёпотом:
— Напрасно он меня боится. Слово дворянина, я не причиню ему вреда. Устрой мне с ним встречу с глазу на глаз. Прямо сейчас.
Но Росэ-старший, мягко говоря, не обрадовался этому приказу, и даже рискнул возразить:
— Я не уверен, что он сейчас здесь...
Но Антуан выразительно дал понять, что готов подождать, пока это будет проверено. Что ж, Росэ-старший тяжело вздохнул:
— Хорошо. Извольте присесть...
— Отлично. Только скорее.
Росэ-старший ещё раз поклонился и ушёл на свою половину дома. Антуан огляделся. Главный зал гостиницы был почти пуст. Два гостя обедали, сидя за дальним столом, активно обсуждали какие-то свои проблемы. Антуан никак их не интересовал, и это было взаимно. Молодой граф с сожалением признался себе в том, что бессонная ночь после долгого трудного дня начала давать о себе знать притуплением, пожалуй, уже всех чувств, особенно способности сохранять внимание. Это тут же нашло своё подтверждение в том, что он не заметил, когда Росэ-старший вернулся. Вернулся он не один. За его спиной виднелся сердитый как туча Жюль.