Пфф, подумаю об этом позже.
Проснулась я от разноцветных всполохов. Открыла глаза и не сразу поняла, где нахожусь. Эта комната сильно отличалась от моих роскошных дворцовых покоев. Ах да, я же в плену у северян! Вот только помнится, меня поселили в белую залу, а теперь стены и потолок мерцали нежным розовым светом, а из окна в комнату вливались разноцветные лучи. Что же там происходит?
- Хорошо, что вы проснулись, миледи, - радостно сообщила впорхнувшая в комнату служанка, совсем молоденькая девушка с рыжими волосами и очаровательными веснушками на щеках, тоже очень высокая, под стать воинам. – Пора собираться на прием.
- Да я собственно… - замялась я. Какой мне прием, посмотрите на меня… Меня только чучелом огородным выставлять. Но служанка ничуть не удивилась состоянию моей одежды, а если и удивилась, то виду не подала.
- Меня предупредили о ваших… особых обстоятельствах, миледи, - она отвела глаза в сторону. - Думаю, мы подберем вам платье из наших запасов. Все равно мы подготовили утепленные одежды для всех невест на сегодняшний вечер.
То, что служанка так обходительна со мной, давало надежду. Значит, северяне не решили пока, как с нами поступить. Теперь моя задача выиграть время и получить как можно больше сведений о моих врагах.
- А сколько всего невест собралось? – спросила я, пока служанка готовила мне ванну. Оказывается, комната для омовений примыкала к моим покоям, и там имелась симпатичная ванна на львиных ножках, теплая вода и все удобства, к которым я привыкла. Не такие уж и дикие эти дикие…
Из словоохотливой служанки, которую звали Малин, мне удалось выудить немало интересных подробностей, пока она намыливала меня и умасливала душистыми эссенциями. Короля в городе пока нет, он уехал в какой-то поход и вернется только через три дня. Невесты уже собрались во дворце, но отбор начнется после приезда короля. А пока нас ждут балы, прогулки и прочие увеселения. Невест собралось несколько десятков, увы, счету Малин не обучена. Но служанкам теперь спокойно не посидеть, носятся по дворцу-крепости как угорелые, столько забот!
После ванны Малин помогла мне уложить волосы. Видимо, северная мода отличалась от нашей. Дамы при дворе щеголяли высокими и сложными прическами, но при этом облачались в очень воздушные, неприлично открытые платья.
Малин же настояла на том, чтобы оставить мои волосы распущенными («У миледи такие красивые локоны, да еще до талии»), лишь предложила закрепить их легким обручем с красивыми зелеными – вряд ли драгоценными? – камнями. Затем она помогла мне надеть тонкую, возможно, шелковую сорочку, плотные шерстяные чулки и очень строгое, с закрытым наглухо воротом, и длинными, слегка расширенными рукавами, изумрудного цвета платье («У миледи такая тонкая талия!»).
Да, если они носят такие монашеские наряды, неудивительно, что принцу не понравилась ни одна девушка среди местных жительниц. Неужели в этом платье придется танцевать?
- Прием пройдет в парке, миледи, - развеяла мои сомнения Малин, протягивая мне коричневую меховую накидку и белую муфту.
Прием в парке? Это что-то новенькое… Хотя идея-то отличная. Если бы найти Леона, можно попробовать бежать. Правда мысль о том, что придется пересечь самостоятельно черное озеро, пугала. Боюсь, Командующий был прав, и на нас магия льда не действует.
Напоследок Малин закрепила на моей руке прямо поверх платья какой-то странноватый серебряный браслет в виде пересекающихся линий, с рядом острых шипов.
- Это зачем? – спросила я, подозревая, что такая штука с серебряными шипами дана мне явно не для красоты. Малин отвела глаза в сторону и ничего не сказала.
Так, ладно, мне бы найти Леона. Никем не сопровождаемая я вышла во двор, на ровную площадку, откуда город был виден как на ладони, и остолбенела.
Мамочки, так вот он какой Нифльорд!
Днем этот край показался мне невзрачным и пугающим, но сейчас вечером… Синее, не черное, небо было покрыто звездами, как расшитое блестками платье, и по всему его сапфировому куполу скользили разноцветные всполохи, как будто кто-то рассыпал там пригоршню драгоценных алмазов. Всполохи эти отражались на белом камне, из которого был выстроен город, и заставляли сиять разными цветами все дома и саму крепость. А от черной глади озера, окружавшего город, как будто отскакивали фейрверком синие, красные, розовые искры северного сияния.