- Еще не поздно отказаться, - снова обратился король к девушкам, и на сей раз мне удалось подавить ядовитый смешок. – Вы также должны знать, что Источник Силы не тронет избранную деву, но может навредить той, что не предназначается принцу. Подумайте как следует.
В толпе девиц и их сопровождающих послышались горячие перешептывания. Матери и няньки пытались остановить невест, а те, в свою очередь, настаивали на испытании. Видно, каждая считала себя избранной.
- Если вы определились, леди, прошу за мной! – негромко сказал Гракх.
Первой к нему решительно шагнула Фью, упрямо взметнув волну рыжих волос. Я заметила, что никто ее не сопровождает – довольно странно для молодой девушки из хорошей семьи. Поймав мой взгляд, Фью улыбнулась краешком губ и подмигнула мне.
Следом за ней вперед выступила Анис. Остальные девушки загудели, глядя, как она идет по тропинке так, словно это уже ее свадьба. Что ж, столь явной фаворитке принца можно не сомневаться в себе. Она и выглядит как невеста, в белом одеянии с изящным шлейфом, в прелестной белой шляпке, разве что букетика фиалок в руках не хватает.
Мист, как и все, смотрел на Анис, не отрываясь. Я специально перевела взгляд на его лицо. Да, он влюблен и переживает за свою возлюбленную.
От этой мысли мне стало грустно. Хотя с чего бы это…
Почти все девушки рванулись участвовать в испытании вслед за Анис. Только пара-тройка особенно робких и пугливых невест остались топтаться рядом со своими нянюшками.
- Что ж, испытание начинается, - с довольным видом провозгласил король. Интересно, в чем заключается его план относительно меня. Следующие слова словно были ужасным ответом на мой незаданный вопрос. – Чтобы не нарушать священный покой Источника, мы представим вас по очереди. Начнем с нашей почетной гостьи…
И он указал на меня.
Дьявольское выражение его лица в это мгновение, когда он смотрел мне в глаза, невозможно описать. Помню, я все же подумала, за что, интересно, он меня так ненавидит… Но тут же поняла, что никогда об этом не узнаю, потому что очень скоро я умру.
Когда-то давно, еще в детстве, матушка научила меня делать «шкатулку с воспоминаниями». В эту игру мы с ней играли все детство. "Подумай, Кэти, подумай внимательно, хорошо ли ты провела этот день, все ли сделала правильно? Какие добрые дела, приятные события и мысли ты бы сложила в свою памятную шкатулку?", - спрашивала меня матушка каждый раз перед сном. Так игра вошла в привычку. Эту мысленную шкатулку я заполняла каждый день, отбирая и складывая в нее самые любимые и самые ценные воспоминания. Как меня поздравляли на именины моим любимым вишневым пирогом. Как мы с Леоном строили дом на дереве. Как отец вывел меня на первый танец на моем первом балу. Как мне подарили первую лошадь…
К сожалению, со временем я обнаружила, что у моей мысленной шкатулки есть еще один, черный, ящичек – куда невольно приходилось складывать самые мрачные и тяжелые события в моей жизни. Там лежало воспоминание о восковом лице моей умершей матушки. В черный ящичек я сложу и эти мгновения, пока сопровождаемая Гракхом я шла по извилистой обледенелой тропинке туда, откуда доносился рев, напоминающий раскаты грома в душную летнюю ночь.
Наконец я увидела источник шума – с высокой горы мощным водопадом извергался горный поток, сметая все на своем пути. Где-то посередине этот поток прерывался плоскогорьем, на нем уютно расположилось небольшое озерцо. Дальше вода из озерца стекала вниз таким же мощным водопадом.
К этому озерцу мы и подошли. Гракх без спроса снял с меня накидку. Руки его дрожали то ли от холода, то ли от волнения. Затем он надел на меня цепочку с белым камнем, таким же, каким воспользовался Мист несколько дней назад, чтобы обездвижить меня.
Я и теперь почувствовала, как одеревенели мои ноги и руки. Тело снова отказалось мне служить.
- Простите, миледи, - шепнул Гракх, очевидно прощаясь со мной. Затем осторожно подхватил меня на руки и перенес в озерцо, поставив в воду, как статую, прямо в одежде и сапожках.
И ушел, оставив меня одну.