Внутри оказались восхитительные дизайнерские туфли из нежного дымчатого атласа, с небольшой россыпью кристаллов. Во второй коробке лежала небольшая сумочка, из того же атласа и переливистых камушков. Теперь мне такое не придется носить. Мне предстоит прятаться по съемным квартирам, неброско одеваться, даже маскироваться.
Испытывала ли я по этому поводу сожаление? Нет, конечно.
Убрав коробки в гардеробную, я легла в кровать и принялась терпеливо отсчитывать минуты до своей свободы.
Утром все было по моему плану. Я дождалась, когда Римма с Машей сядут в машину к водителю, чтобы отправиться в бассейн, что был по средам, прыгнула в Майбах, и покатила за ними. Пришлось сильно отстать, чтобы меня не заметили, но я знала, где находится бассейн территориально, поэтому меня это не волновало. А вот все остальное очень даже. Мой слабый план мог развалиться в любой момент. Все казалось совсем по-другому, когда я крутила сегодняшний день в голове. А в реальности оказалось, что у меня трясутся руки, и я забываю об очень важных мелочах. Например, я припарковалась прямо около главного здания. А времени менять что либо уже не было.
— Добрый день. Будете смотреть как Машенька занимается? — вежливо спросила девушка на ресепшене.
Рита. Я ее запомнила, и перед ней мельтешила уже пару недель, едва начала вынашивать свой план.
— Да, немножко посмотрю, — улыбнулась я. — И пораньше хочу забрать. Планы изменились, наверстаем на следующей неделе.
— Ох, вот как. Конечно. Хотите мы скажем Римме? — засуетилась Рита.
— Не беспокойтесь, я сама передам. Заодно посмотрю на успехи, — успокоила я ее.
— Да, конечно. Проходите.
Естественно, ни к какой Римме я не пошла. Та даже не имела ни малейшего представления, что я тут бывала. Мы никогда не пересекались. Римма всегда находилась внутри, а я снаружи. За большим стеклом, спрятавшись в зарослях цветущей акации. Все камеры были отвернуты в другую сторону. Я знала, что Марк все равно узнает, что это я. Для этого не нужны камеры, я исчезну вместе с дочерью. Но мне бы не хотелось, чтобы меня обнаружили сейчас. Странно это выглядит — женщина в дорогой одежде прячется за кадкой с цветком и подглядывает за купающимися.
Вот и сейчас я встала в своей позиции, нашла глазами цербера. Она сидела на лавочке, лениво ковыряясь в телефоне. Ну хоть человеческое ей не чуждо, обрадовалась я.
Быстро набрав номер, я шепнула в трубку:
— Начинай.
Дальше действовал Артем, и его знакомая. Позвонив с неизвестного номера Римме, она представилась секретаршей Марка и, в связи с тем, что не может дозвониться до своего босса, попросила срочно принять документ по личной почте Риммы и удостовериться, что он его получил лично. Вся эта просьба сопровождалась булькающими звуками, собеседница пожаловалась, что ничего не слышит, и Римме пришлось выйти из бассейна в коридор, чтобы полностью понять, что она должна сделать. Тренер заверил, что сейчас будет пятиминутный перерыв на лавочках, и она с чистой совестью ушла.
Я знала что это сработает, потому что Римма во что бы то ни стало захочет выслужиться перед Марком. Со своего места я видела, как ее распирала гордость, едва она поняла, что секретарша Марка звонит ей.
Пока она ковырялась с получением несуществующего документа, я быстро вошла внутрь за своей дочерью.
Глава 9
— Мама! — ко мне тут же бросилась моя дочь.
Я подхватила обернутую в полотенце Машеньку.
— Егор Андреевич, мы сегодня Машу пораньше заберем, на праздник торопимся, — окликнула я тренера.
Мужчина оглянулся в поисках Риммы, и я, пытаясь сохранить спокойный голос, уверенно произнесла:
— Римма на звонок отвечает снаружи. Я пока пойду высушу Машеньке волосы и переодену ее. Передайте, пожалуйста, няне что мы в раздевалке.
— Конечно, — улыбнулся он, возвращаясь к своим подопечным.
Выдохнув, я с по-прежнему колотящимся сердцем прошла в раздевалку довольно быстрым шагом, еле сдерживаясь, чтобы не перейти на бег.
В раздевалке я принялась быстро одевать дочь. Стянув шапочку, обрадовалась, что ее волосы почти сухие. Шустро натянула на нее штанишки и теплую кофту. Защелкнула липучки на кроссовках.
— А сушить? — удивилась она, когда я накинула капюшон розовой толстовки на ее макушку.
— Маш, нам нужно быстро пройти в машину. Я тебе там печку включу. Ладно?