— Я думаю, он сделал это для Маши, — почти прорычала я. — Не уверен, что из Алины получится хорошая мать. Кстати, я тоже не уверена в этом.
На этом я резко обернулась и, достав телефон, отошла подальше от сестры, но все еще наблюдая издали за Машей.
«Тебя можно поздравить с новоприобретенным статусом холостяка?» – быстро напечатала я, ответ пришел с такой же скоростью.
«Разве с таким поздравляют? Сейчас как налетят на меня пираньи)»
Я смешливо фыркнула и уже серьезно написала:
«Почему не сказал?»
«Ты слишком быстро убежала. А склонял я тебя к разговору долго».
У Ромы же шутливый тон явно не прошел. Наверное, это было к лучшему. Хм, долго он склонял, ага. Сутки, как он вернулся, а уже столько перемен.
Наступления вечера я ждала как никогда, желая поскорее встретиться с Ромой… поговорить. Я не верила, что он решил отменить свадьбу из-за меня, но все же была какая-то связь. Не зря же он заговорил вчера об усыновлении. Он хотел видеть в жизни Маши меня, а не Алину.
На этот раз семейный ужин повторился почти точь-в-точь, за исключением того, что Маша сразу же забралась на колени к Роме, а он просто пододвинул ее тарелку ближе к себе.
Я наблюдала за этим с умилением, но подспудно думала о том, что Лиза сейчас устроила бы не то что выволочку Маше, но осудительно на нее посмотрела бы точно. Разговаривали за столом только дети и Марк. Карина, кажется, обиделась на меня за то, что я попыталась поставить ее на место, Рома был слегка задумчив, а я… я, наверное, была бы и рада участвовать в беседе, но не могла уловить ее суть, потому что постоянно улетала в свои мысли.
После ужина дети дружно отправились на улицу, на игровую площадку. Присматривать за ними, удобно устроившись в гамаке, осталась я. Примерно через час моего бессмысленного лазания по социальным сетям – я хотела хоть как-то отвлечь себя от мыслей – мне пришло сообщение. От Ромы.
«Можно я сам попробую сегодня уложить Машу?»
«Она любит сказки, но в темноте».
«А как же их читать? С фонариком, что ли…»
«По памяти, Ром. Ну, или вольный пересказ)» – быстро напечатала я и невольно улыбнулась. В груди запекло от появившейся надежды, что однажды я перестану испытывать от этого боль. Уже сейчас, видя сближение Маши и Ромы, я чувствовала все меньше боли от сожаления и все больше радости и счастья оттого, что Рома старался и ему действительно была небезразлична жизнь Маши. Он принял мою девочку несмотря ни на что.
***
— Все хорошо? — шепотом спросила я у появившегося на пороге кухни Романа.
Конечно же, заговори я в полный голос, нас бы все равно никто не услышал, но почему-то хотелось и дальше поддерживать тишину или… почти интимную обстановку. Сидела я в темноте.
Час назад поднималась наверх и даже пяти минут простоять у дверного косяка не смогла. Услышала короткий разговор Маши с Ромой и сбежала. Они не говорили ни о чем таком, просто сами их интонации – словно их обоих переполняло от счастья. Да и почему словно? Наверное, действительно переполняло.
— Да, — я видела лишь общие очертания Романа, но почему-то была уверена, что он улыбнулся, — правда, в итоге сказку рассказывала Маша мне, а не я ей.
Я покачала головой, надеясь, что Скольников это заметит и примет за ответ, который вслух произнести я была просто не в состоянии, потому что опять не знала, что ему сказать.
— Пойдем? — Рома быстро подошел ко мне и протянул руку, я только вскинула брови, но, когда поняла, что Рома этого не разглядел, все же разлепила губы:
— Куда?
— Могу проводить тебя до комнаты, — ласково произнес он, — могу предложить продолжить вчерашний разговор. Как пожелаешь.
Прикусив губу и скрывая за этим улыбку, я все же протянула руку Роману и поднялась. Мы опять пошли на улицу.
Все так же, как и вчера, разве что только я сама ухватила кардиган сестры до того, как Рома решил накинуть на меня свой пиджак. Возможно, не вдыхая запах этого мужчины, я буду чуть решительнее и смелее.
— Про усыновление ты подумала?
— Я еще вчера говорила, что я… Я была бы рада, Ром.
— Хорошо.
Он кивнул своим мыслям и, положив ладонь на мою спину, легонько подтолкнул меня вперед. Я и не заметила, что застопорилась. Тут же прибавила шагу, но Скольников руку с моей спины так и не убрал, напротив, начал совсем невесомо поглаживать пальцами мои позвонки.