— Я желаю, — мягко кладя тонкие пальчики на руку мужа, — объявила Элессит и незаметно лукаво подмигнула мне.
Ох, ученица, не стоит так шутить с ревнивыми мужьями, ответил я неодобрительным взглядом, но король уже поднялся с кресла и повлек супругу к центральному выходу.
— Зерид, берите ваши таблички и идите за мной, — скомандовал я, не отставая от Торреля.
— А мы? — командор смотрит на меня с болезненной надеждой.
— Вы тоже, — кивнул я миролюбиво, подозревая, что все беды, обрушившиеся на головы гоблинов, ничто по сравнению с открытием, которое, по моему подозрению, должно ожидать их в кузнице.
Маги начали открывать порталы, едва выйдя в зал, и я вполне понимал их нетерпение, у самого все дрожало внутри от предвкушения задуманного мною эксперимента. Ведь от того, как среагируют на результаты, в которых я почти не сомневался, наши гости, и будет зависеть мой приговор.
Кузнец, давно знакомый мне крепыш среднего роста, со светлыми волосами, говорящими о присутствии в его жилах крови северных народов, имел небольшие магические способности и достаточно давно работал в королевской кузне, чтобы удивиться появившимся из обычного портала гостям. Изумило его совсем другое, количество и статус пришедших.
— Привет, Унгас, — поздоровался я вслед за остальными, — сегодня я тут командую, поможешь произвести один опыт?
— Для тебя — хоть десять, — широко разулыбался кузнец, — огонь потребуется?
— И огонь, и все твои инструменты, — дружелюбно подтвердил я, и махнул Зериду, чтоб подошел поближе.
— Давай сюда твои сокровища, да не волнуйся так, ничего с ними не случится.
Первый, самый показательный опыт, я решил произвести собственноручно. Шагнул к огромной бадье с темной водой, в которой Унгас остужал и закалял заготовки и, развернув полотно, показал окружающим три одинаковые каменные плитки.
— Все знают, что я не маг, — решив немного разрядить напряжение, говорю с нарочитой печалью, — но сейчас я без всякой магии выберу из этих трех артефактов истинный.
Маги насторожились, сыскари чуть заметно заухмылялись. А я не обращая больше внимания на их реакцию, небрежно бросил в воду одну плитку.
Бульк. Темная вода всколыхнулась и замерла.
Значит — не он. Бросаю вторую, бульканье повторилось, кто-то из сыскарей ехидно хихикнул.
Что за гархай, неужели духи ошибались?!
Не подавая виду, что озадачен результатом своих действий, залихватски швыряю в чан последний камень. Не собираясь расстраиваться, даже если опыт не удастся. Просто придется признать, что и эльфы иногда ошибаются.
Горестно глотнул горячий, пахнущий горелым маслом, воздух кузни Зерид, крепче стиснула побледневшие губы многострадальная старшая мать. Многозначительно кашлянул король.
А я, не отвлекаясь, пристально смотрел на булькнувшую в последний раз воду и терпеливо ждал. Секунда… вторая… вода внезапно расступилась, выталкивая не понравившийся ей предмет, и на поверхности четко вырисовался покрытый значками четырехугольник. Облегченные вздохи раздались с разных сторон, похоже, судьба артефакта волновала не только гоблинов.
— Сард, — негромко позвал я, — иди сюда.
Гоблин, стоящий в стороне от сородичей, бережно отстранил Камиру и скользнул ко мне.
— Что?
— Достань камень, это истинный артефакт, оставленный вам эльфами.
Он настороженно глянул мне в глаза, пару мгновений помедлил, потом решительно выхватил табличку из воды.
— Что дальше?
— Возьми у кузнеца инструмент и попробуй отрезать кусочек, лучше с уголка, а то ваш учитель слишком нервничает.
— Хорошо, — беззлобно усмехнулся Сардар, приняв мой шутливый тон за извинение, — отрежу с уголка.
— На что спорим, что не отрежешь? — мне внезапно стало так легко и свободно, как бывает, когда вырываешься из темного мрачного подземелья на залитую ласковым солнышком лужайку.
— Совсем я дурак, что ли, с тобой спорить, особенно, когда ты так веселишься, — ворчливо буркнул гоблин, бросая в меня мимолетный признательный взгляд.
— По-моему, вы хорошо знакомы, — задумчиво протянула неизвестно когда оказавшаяся рядом Кларисса.
— Ты тоже его знаешь, хотя и не встречалась, — кивнул я магине, — Сард держит оружейную мастерскую в Бастере.
— У-у, — понимающе протянула она и обернулась к королю, видимо, не столько ощущая через защитные амулеты его кипящее любопытство, сколько догадываясь о нем по нетерпеливому постукиванию королевской туфли, — это он учил Грега кое-каким хитростям оружейного дела.