– Правда? – он обрадовался, как ребенок большущему леденцу на палочке.
– Правда, – я опять его поцеловала в щеку, хоть он и пытался подставить губы. – И вообще! Я хочу вам предложить запретить иметь женщинам наложников и мужей, которые не являются им истинными!
Повисла тишина, они неверяще на меня смотрели.
– Не нужно считать меня дурой, – стало даже как-то обидно. – Я считаю, что, когда каждая женщина останется со своими истинными, сколько бы у нее их ни было. Она начнет должное внимание им уделять. И тем самым начнут спла́чиваться семьи. У вас же получилось снять брачные браслеты с неистинных мужей Милисы. Так вот возьмите ее шаблон семьи за правило и сами увидите, сколько счастливых существ вокруг будет.
– А что же делать с теми мужчинами, которые тоже хотят семью? – осторожно спросил Фарго.
Они, конечно, не говорили мне в открытую, что мои идеи бредовые, но, по всей видимости, так и считали. И меня это стало злить.
– Вы что, правда считаете, что то, что сейчас имеют женщины этого мира, – это семья? – я почти уже шипела. – Нет! Это идолопоклонение, культ женщин, которые могут делать из здоровых, сильных, смелых мужчин хоть тряпки, хоть трупы. Они стервозны, эгоистичны и агрессивны! И то, что случилось с Милисой, – это не исключение, это правило! И если завтра какой-то очередной самоучке попадется очередная книжечка или хотя бы идея, то не будет никакой гарантии, что все не повторится!
– Не злись, Мари, – ко мне подошел Алан и, усевшись на подлокотник кресла, принялся поглаживать мне руки, плечи, затылок. – Мы не хотим сказать, что ты неправа, просто мы так живем слишком долго, да даже до войны были у женщин наложники.
– Аланчик, – я тоже погладила по руке своего мужа, который всегда меня понимал с полуслова. – Так дальше не может продолжаться, все, что произошло с вашим миром, это неспроста. В этом мире есть лишь одна Богиня, и это Энелия. И женщины должны тоже помнить об этом, а не возвышаться над теми несчастными мужчинами, которые только от одного вялого знака внимания готовы растечься лужицей.
– Мари, – привлек к себе внимание Белир. – Как ты предлагаешь поступить с теми, кто лишится хоть и мнимой, но семьи?
Белир задал правильный вопрос, наверное, именно этого вопроса я и ждала.
– Вы мне говорили, что сильная кровь – это не только название, но и реальная сила. Вы воздействуете на свою расу, делая ее более счастливой и гармоничной. Что вблизи от вас связи зверя и человека укрепляются. Что они чувствуют себя в безопасности, защищенными, и это благоприятно сказывается на любой расе.
– Да, это так, – ответил Белир. – И не только у барсов и драконов, но и у нагов, и эльфов. Мы меняем свою суть, они живут со своей сутью всегда вместе.
– Так вот почему бы всех нестабильных не держать возле себя? – улыбнулась я, но меня так и продолжали не понимать.
– Ты предлагаешь приглашать в замки толпы созданий? – тут уже даже эльф не выдержал. Очевидно, он до сих пор никак не мог отойти от бесконечных визитеров.
– Я предлагаю построить новый замок, – спокойно начала рассказывать я. – У нас с вами получилась удивительная семья, я слышала, что это большая редкость, когда вот так все расы собираются вместе. Но так решила Богиня, я приняла ее решение, и даже больше, я каждому из вас открыла свое сердце. И как вы с ним поступите, зависит уже от вас. Я больше не хочу никого принимать в свое сердце, в свою семью, поэтому мне не нужны еще какие-то мужья или наложники и тем более давать приглашения посторонним мужчинам на свою ночь. Все это слишком для меня дико.
У мужей горели глаза, они были счастливы, что им не придется стоять в очереди на мое внимание. И теперь ловили каждое мое слово.
– Мы построим не просто новый замок, а большой дворец, в котором будет много гостевых крыльев, где всегда смогут останавливаться высокопоставленные семьи, которым необходимо воздействие сильной крови. А вокруг выстроим город.
– Город? – удивился Налиш.
– Да, город. С улицами домов, магазинами и парками. Мы построим академии, где будут обучаться все желающие существа любой расы, сплачиваясь уже с самого детства. Драконам придется поделиться своими знаниями. И каждый сможет заниматься своим любимым делом. Если у существа всегда была тяга шить, то он может открыть свою мастерскую и там принимать всех желающих. Оружейники, ювелиры, кожевники – да мало ли чем каждый захочет заняться. Главное, чтобы отвлеклись и переключились со своих главных проблем в поиске истинной. А когда первая дочь родится в этом мире, то ее душа станет якорем для ушедших других женских душ. Начнут рождаться девочки и в других семьях. Так вот я хочу, чтобы к тому моменту эти девочки в нормальных семьях рождались, где отцы заботятся о своей жене, а она их любит.