– Ого, – я завороженно смотрела на это чудо, потому как именно рыбки я еще в этом мире не ела.
Хотя, может, она мне и не полагалась. Я осторожно перевела глаза на дракона, который перестал охотиться и теперь внимательно наблюдал за мной.
Кажется, я потеряла хороший шанс сбежать. Но вот куда бежать и как выжить, когда убежишь, тут у меня вообще идей не было.
Дракон вылез из воды и, как собака, стряхнул воду с лап, насмешив этим меня. И когда он увидел, что я подхихикиваю, наклонил голову набок, видимо, пытаясь понять меня. А потом уже намеренно отряхнулся весь, как собачка, вылезшая из воды, отчего я уже открыто расхохоталась.
Он довольно фыркнул и принялся на больших валунах раскладывать рыбу. Неловко положив на камень штуки три, потом задумчиво перевел на меня взгляд и подложил еще одну. А потом дыхнул на нее, отчего огоньки пламени равномерно заплясали вокруг рыбы.
Запахло так вкусно, что у меня непроизвольно потекла слюнка. Такая королевская рыбка, да на костре. Это лучший завтрак, который только можно представить. Дожарив эти рыбины, дракон опять подул, и огоньки исчезли, после чего он осторожно подтолкнул меня лапой к той самой жареной рыбке, а сам принялся проглатывать, не жуя, сырую.
– Это что получается, – я неуверенно показала на жареные четыре штуки, – все мне?
– Да, – опять этот рокочущий голос окатил меня с ног до головы. – Ешь.
– Спасибо, – не стала я привередничать.
Мясо отрывалось от кости вкусными кусками, я ела с большим наслаждением, потому как до официального мероприятия не хотелось, а потом уже было не до ужина.
Съев только малую часть от одной огромной тушки, я развела руками и показала на свой живот.
– Не могу больше, наелась.
Он недовольно фыркнул, видимо, рассчитывал, что я все съем.
Поднявшись на лапы, он меня опять схватил одной из них и понес немного глубже в лес, где моему взору открылась потрясающая картина: среди низко растущих кустов лежало небольшое озерцо с мерно подымающимся паром.
– Купаться, – опять прокатил слово дракон в своей пасти.
– Ух ты! – я искренне радовалась, не обращая внимания, что меня все еще держат в лапе.
Потом дракон осторожно поставил меня на ноги и разжал лапу.
– Купаться, – опять он мне объяснил свое действие.
– Я поняла все, – уже подойдя к воде, потрогала ее.
– А ты куда? – окликнула я дракона, который намеревался меня оставить.
Вокруг лес, а я маленькая и слабенькая, а он большой и сильный и, наверное, вообще ничего не боится.
– Останься, – я искренне попросила его. – Мне одной тут страшно.
Вреда мне он не делает, кормит, заботится, так что выбор компании просто очевиден. Вот еще как-то нужно его уговорить меня домой проводить. Дом. Тут же затосковало сердце по моим котикам. Что они сейчас делают? Думают ли обо мне? Беспокоятся ли?
Даже о нагах вспомнила – они с такой надеждой смотрели на меня, говорили о любви, а я с криком понеслась от них.
Дракон тем временем меня понял и, улегшись недалеко от озерца, придвинул свою огромную голову ближе, теперь уже следя за мной.
Ну а я его воспринимала как большого песика, который у меня был еще в раннем детстве. С трудом сняв с себя платье, я принялась вытаскивать из волос зажимы, а после стянула и белье с туфельками.
С какими стонами и наслаждением я опускалась в горячую купель, я даже не буду думать, но вот дракон повел себя странно: он укрыл свою голову крылом. Может, спать хочет?
Наплескавшись вдоволь и вымыв голову, я решила тут же постирать свое белье и разложить его на камнях, предоставив солнышку сушку.
А вот с платьем нужно было что-то делать. Местами грязное и полностью измятое, оно было уже окончательно испорчено. Но вот материи тут была уйма, и я, оторвав от нижних юбок приличный отрез, намотала на себя на манер тоги и босиком предстала перед драконом во всей красе.
– Ну как тебе? – я крутилась перед его мордой.
Он к моменту моего одевания уже опустил крыло и неподвижно смотрел на меня своими глазами-шариками.
– Красивая, – пророкотал он.
– И ты красивый!
Я решительно подошла к морде и обняла его голову. Пусть знает, что мне нравятся драконы. А ему полезно будет ко мне привыкнуть.
Он интенсивно дышал, смешно щекоча своим дыханием. Это как стоять на выхлопе какой-то большой системы, где подаются и выпускаются потоки воздуха.
– Моя, – опять рычал дракон.
– Твоя, твоя, – не спорила я. – А ты мой? – стала мне любопытна эта игра.