– Мы не откажемся от жены, – зачем-то сказал Денли.
– Меня это должно огорчать или радовать? – решил узнать его мнение.
– Мы с братом ее любим и никогда не отступимся, она наша жена, – теперь он смотрел на меня уже грозно, и не будь я драконом, чтобы чувствовать настрой собеседника, то вот точно бы поклялся, что он хочет напасть на меня.
Я лениво потянулся, отложил книгу, которую читал еще до того дня как мне пришлось покинуть этот замок. И, усевшись на гладких простынях удобнее, воззрился с большим любопытством на котика – вроде так Мари их называет.
– А что тебе дало основание считать, что я откажусь от жены? – мои глаза, видимо, заблестели, потому как барс напрягся и немного съежился от моего взгляда.
– Вы драконы, и все знают, что вы никогда не делитесь.
– Как интересно, – пропел я, наблюдая за котиком. – А что еще все знают о драконах?
Этот Денли был вдвое младше меня, а спеси вдвое больше. Пытаясь все решить как можно безболезненно для Мари, я упустил одну маленькую деталь. Ее мужья. Они уже близки с ней, она уже их приняла, и с ними тоже стоит поговорить, чтобы объяснить свои поступки.
– Чего ты добиваешься? – в лоб спросил барс.
– Хороший вопрос, – протянул я насмешливо слова. – Как ты думаешь, Денли, если бы моя цель была забрать жену только себе и своим братьям, стал бы я с вами всеми возиться, стал бы я вас мирить и сводить?
Барс нахмурился и уже не так настороженно уставился на меня.
– Я все понимаю, и даже больше – я приветствую ее любовь к вам. Она наш дар, для всех нас.
– Ты сможешь делиться? – недоверчиво смотрел на меня Денли.
– А разве я уже этого не делаю? – задал я встречный вопрос.
– А твои собратья? – он привстал и с еще более взволнованным лицом смотрел на меня.
– Мои братья разделяют мое мнение, – я опять взял книгу, чтобы больше не смотреть на этого кота.
– Я рад, мне же, по сути, хочется только одного: чтобы Мари была счастлива, ну и быть с ней рядом, – тихо закончил он.
– Значит, наши цели сходятся, – я тоже ответил вполголоса.
В комнату Мари внес на руках Алан. Завидев меня, немного напрягся, но не подал вида, а с улыбкой сообщил, что первый шаг к нагам сделан и Мари большая молодец.
– Представляете, – уже смеялся вовсю Алан, ставя Мари на пол, – она ему хвост ломает, пластинки выдирает, а он хоть бы зашипел, стоит и терпит! – Алан принялся жестикулировать для наглядности.
– Алан, ну я же не знала! – встревоженная Мари бегала за смеющимся Аланом и пыталась его поймать, чтобы он перестал над ней смеяться. – Я завтра еще раз извинюсь.
– Не стоит, Мари, – тут уже даже я не выдержал. – Поверь, если бы ты ему даже на мелкие ленточки хвост нарвала, он бы все равно был счастлив.
– Почему? – расстроилась моя малышка.
А я, не выдержав, схватил ее в объятия и посадил к себе на руки.
– А потому, маленькая моя… – потом все же от греха поправился: – …наша, что наги, как и мы все, уже твои и только ждем милости от нашей милой жены.
– Но они мне не мужья, – она надула свои прелестные губки и нахмурилась, видно было, что ее этот вопрос очень волнует, потому как у нее в головке не укладывается такое количество мужей и она одна.
– Если ты только намекнешь, что готова их принять, то тут уже очередь будет по вхождению в нашу семью.
Мои слова успокаивали не только Мари, но и оборотней. Они очень внимательно слушали меня. Все же неправильно мы делали, что так сильно отдалились от всех народов нашего мира. Богиня права, мы должны стать едиными.
– А наги кусают или смешивают кровь во время обряда?
Ответил Алан, который не боялся меня и нисколько не благоговел передо мною. Уселся рядом и, частично приобняв жену, принялся мне помогать ее поглаживать, чтобы расслабить ее напряжение мышцы.
– Кусают, они, Мари, хоть и не умеют обретать другую форму, но все же зверя имеют. Он всегда с ними, они неделимы.
– Эльфы тоже неделимы, – решил я дополнить, потому как не исключал возможности, что глава эльфов к нашей семье в ближайшее время присоединится. – У них, конечно, не зверь, и они не кусают, а смешивают кровь во время обряда, но природная сущность у них есть, и она с ними всегда.
– Поэтому они без пары с ума не сходят, а тоскуют? – она пыталась разобраться в новом для нее мире, где теперь предстоит жить.
– Все верно, – подтвердил я, слишком тесно столкнувшийся с этой гранью жизни.
– Денли тоже, как ты, ушел в зверя, – Мари смотрела сейчас на своего белоснежного кота, который так и остался стоять у подоконника, схвативши себя за плечи.