Никто не пытался ее перебивать или настаивать, все ожидали ее слов, того, что так важно было для каждого из нас.
– Богиня рассказала, как может возродиться этот мир, но для меня все это словно сказка, а ее слова еще больше уверили меня в этом, – растерянно проговорила Мари.
Она сама взяла мою руку и, ухватившись за нее, принялась гладить, как будто ей сейчас жизненно необходимы были ощущения этого мира.
– Как можно возродить? – выдохнул Фарго, так же жадно поедая малышку глазами, как и мы все.
– Она сказала, что мой дар в этом поможет, мне этого стоит только захотеть. Моя душа – она была рождена этим миром, и я не случайно попала сюда, я намеренно вернулась. Богиня позволила принять меня, и мир воссоздал такой, какой я была последние миги на Земле. Но при переходе сущность феникса слилась со мной и теперь вот, – она указала на свою руку, где, как всегда, замер огненный феникс в полете. – Мы с ним стали одним целым, и именно его магия, ну или теперь моя, может материализовывать мои желания.
– Мы не то искали, – нарушил пораженное молчание Фарго, вскакивая на ноги. Подойдя к Мари, уселся на колени у ее ног и принялся уже ей объяснять: – Мы искали информацию об инородной магии в тебе, а нужно было искать о живой сущности феникса. Это совершенно все меняет, ты просто теперь должна его принять, довериться ему, и он сам поможет тебе. Поэтому магия сейчас и сбоит, неконтролируемо выплескиваясь, твой зверь рвется наружу.
– Это как, я превращусь в феникса? – Мари округлила глазки, не веря словам Фарго.
– Да, малышка, и твой полет, о котором ты так много грезила, – это не просто желание, это твоя суть.
– С ума сойти! – она отклонилась спиною на меня, и я тут же укрыл ее в своих объятиях, мне даже показалось, что она расслабилась в них.
– Я быстро, – Фарго вылетел из комнаты, а мы остались переваривать услышанное.
– А это больно – превращаться в зверя? – пискнула Мари через какое-то время.
– Нет, что ты, – я тут же принялся ее успокаивать, причем сразу и себя, так как поцелуи с ней меня здорово успокаивали, давая то самое чувство уверенности, что моя малышка рядом. – Это волшебно, когда ты сливаешься с своим зверем, то чувство свободы и счастья просто переполняет твою душу.
– Я помню еще, как Фарго застрял в своем звере и его разум ушел, оставляя только инстинкты, – она все равно не хотела так сразу радоваться обретенной сущности.
– Ты одна такая в своем роде, – улыбался ей Денли, – и ты особенная. У драконов без пары обостряются инстинкты, как ты говоришь. Они начинают защищаться от боли именно таким образом, погружаясь в сознание дракона, прячась там от всех бед. У нас, у барсов, все очень схоже, но мы еще способны усыпить своего зверя настолько, что он уже не может влиять на нашу жизнь.
– А наги, – вклинился в разговор Налиш, – просто тоскуют, потому как наш зверь всегда с нами, и мы не можем ни передать ему контроль, ни усыпить.
– Вот! – ворвался в комнату Фарго и бухнул прямо на пол большущий фолиант о древних сущностях.
Он был величиной почти с Мари. И потому, когда она подошла, все же спустившись с моих колен, мы все невольно улыбнулись. Эдакая девочка размером с книжечку.
Мари сразу же посадил на свои колени Фарго, а мы все расселись по сторонам от книги. Листая этот древнейший фолиант, я лично боялся, что он рассыплется в пыль, но его страницы были пропитаны магией, и поэтому он скорее переживет меня, чем я его. Даже если его будут читать только дети.
– Смотрите, – Фарго ткнул на такой же рисунок феникса, как и у Мари, только тут птица сидела на большом камне, а головку склонила к крылу. – Тут сказано, что птицы фениксы – хранители времени, эти сущности принято считать давно исчезнувшими: слишком многие охотились на них, и они стали вырождаться.
– Богиня сказала, что когда я освою свой дар, то смогу ходить среди граней миров и материализовывать свои желания.
– Это как с тем порталом, – грустно сказал Дашен.
– Да, – она в кои-то веки подняла на нага свои аквамарины глаз и не боясь ему улыбнулась, отчего наг просто опешил, и даже сердце его застучало сильнее, вот точно, его все услышали. – Как с тем порталом. Если бы я знала тогда тебя и Налиша с Шероном лучше, как сейчас, то никогда бы не убежала.
Ее глазки потупились, виновато посматривая и на остальных нагов, но вот чего никто не ожидал, так это того, что она сама протянет к Дашену руки. Сперва наг остолбенел, и лишь осторожно приблизившись, взял ее ручки в свои огромные лапища и поцеловал каждую по отдельности, а потом и все пальчики. Мы все дружненько заулыбались, ведь это большой шаг с ее стороны, и мы уже знали, насколько она искренна. Поэтому если поверила, то навсегда.