— Я не шучу, вон, Вика знает. Пока, до встречи.
Переглядываемся с Викой. Я жду, когда она что-то объяснит, но подруга с несчастным видом смотрит в сторону ушедших парней. Там уже все расселись, из-за нехватки мест Макар усаживает девушку к себе на колени, вторая втискивается со стулом ближе к Роману. Оказывается, за столиком есть ещё одна, она стоит сзади Германа, навалившись на его спину и обхватив за плечи.
Герман что-то спрашивает друзей, отвечает Роман, кивнув головой в нашу сторону. Герман лишь слегка поворачивает голову, окинув нас мимолётным взглядом, и отворачивается.
— Не удостоились, — хмыкает Вика. — Вот козёл. Козлище!
Мне кажется, её слова адресованы совсем не Герману. Но я не зацикливаюсь на этой мысли, потому что вдруг подмечаю, что Герман мне кажется почему-то знакомым. То ли движением головы, то ли профилем кого-то напоминает, и это меня удивляет, потому что кроме зрительного узнавания что-то дёргается внутри. Нет, скорее всего, меня коробит этот ледяной взгляд, острый, моментально чиркнувший лезвием по нашим телам.
Глава 4 ВАРЯ
Глава 4 ВАРЯ
Возвращаются девчата, разгорячённые, улыбающиеся.
— Скучаете? — спрашивает Света. — Мы классно попрыгали.
— А мы классно провели время, — в тон ей отвечает Вика. — С мальчиками общались.
И кивает в сторону самого популярного стола.
— Да? — девчата раскрывают рот. — Как это? Вы к ним подходили?
— Зачем? Они к нам почти в полном составе, — отзываюсь я, подыгрывая Вике.
Вижу, что настроение у неё на нуле, перекидывает его на девчат.
— Ну почему мы убежали? — чуть не хнычет Оля. — А теперь поздно, вон, у них уже почти полный набор.
Вика опять бросает взгляд на Макара, поднимается.
— Пойдём, Варя, не хочется больше здесь находиться. Лучше пройдёмся, подышим.
Я уже поднимаюсь, когда Вика машет рукой:
— Садись. Хочешь концерт посмотреть? Чтобы поняла кое-что. Видишь ту блондинку?
Слежу за её взглядом, вижу девушку, которая, осмотревшись, направляется прямо к столику с известными парнями. Останавливается за спиной девушки, прилипшей к Герману.
— Руки убери от него, — слышу громкий голос, полный злости.
Подруга Германа, не оборачиваясь, поднимает руку с выставленным средним пальцем.
— Отошла от него! — ещё больше повышает голос блондинка и дёргает другую за волосы.
— Ну, сука, достала, — визжит та и, отодвинувшись от Германа, пытается расцепить руки соперницы от своих волос.
Мне неловко от всей этой ситуации. Никто не вмешивается, не старается расцепить двух сумасшедших, визжащих и пытающихся нанести друг другу удары. В ход идут ногти, сцепившись, они трясут друг друга и плюются.
Блондинка действует более активно, шипит.
— Я тебе сколько раз говорила, чтобы не совала свои лапы, куда тебя не просят. Сука, привыкла жопу подставлять всем подряд и уже сюда влезла.
— Сама ты сука, тебя отшили, а ты всё нарываешься. Урою, гадина.
Ребята за столом потешаются, раскинувшись на стульях, свистят и отпускают хамские замечания. Только Герман сидит так, словно его это нисколько не касается, потягивает из бокала напиток и стучит ногой в такт музыки. Девица на коленях у Макара, пользуясь суетой, вовсю завладевает им, припадая с поцелуями. Макар увёртывается, чтобы лучше было видно место поединка. А вторая смотрит на Романа так, словно благодарит, что она у него одна и не приходится испытывать такое унижение.
Я с возмущением оглядываю довольные рожи друзей, хочу крикнуть: сделайте что-нибудь, и нарываюсь на взгляд Романа. Он смотрит прямо на меня, словно считывает мои эмоции, а потом еле заметно разводит руками, мол, да, такое бывает. Оля и Света с довольными лицами взирают на концерт, а мне невыносимо это видеть. На Вику больно смотреть из-за козла Макара.
Я крепче берусь за сумку, хочу подняться, чтобы уйти отсюда, но Герман поднимается раньше. Не обращая внимания на сцепившихся девушек, разворачивается и идёт к выходу. По пути стреляет в нашу сторону глазами, в них та же бритва, заметная даже в полумраке, презрение ко всем, кто называется женщиной, вечная мерзлота без намёка на жизнь. Небрежным движением набрасывает на глаза очки и удаляется. Его друзья и две девушки отправляются за ним, бившиеся в истерике девицы сразу останавливаются и обе бегут следом. И мне опять его лицо кажется знакомым, но вряд ли я могла общаться с парнем, который так ужасно себя ведёт.