На следующий день ехал на работу с грузом на душе. Волнуюсь, от чего только, не знаю. Может из-за того, что должна прийти информация о сыне Насти? Или же от того, что снова увижу ее.
Девушка изменилась, стала увереннее в себе, злее, что только добавляло остринки. Меня забавляют её язвительные комментарии, перепалки с Марком и даже то, как она с ненавистью смотрит на меня. Стараюсь держаться холодным, отстраненным, чтобы снова не влезать в её жизнь. Но иногда, это просто невозможно.
В офис приезжаю одним из первых. Сижу за документами, решаю дела по сотрудничеству. Где-то даже наклёвывается очередная командировка в Германию, от чего мысленно торжествую, ведь возьму Настю с собой.
В какой-то момент мне приходит уведомление на почту от врача. Уже без особых надежд открываю результаты и понимаю, что терапия не помогает. И с каждым годом, я всё больше и больше близок к полному бесплодию. Сжимаю челюсть. Готов рвать на себе волосы от несправедливости. Почему так выходит? Я бы отдал всё, что у меня только есть, лишь бы обнять своего собственного ребенка.
В эту секунду мысли прерывает еще одно сообщение. На этот раз от Михаила, моего помощника. Открываю вкладку и вижу копию свидетельства о рождении. Восьмое августа, Андреев Кирилл Ярославович. Графа отец прочерк. Дала своё отчество и фамилию, папаши нет. Начинаю считать месяца и понимаю, что этот ребенок зачат в период наших отношений.
Ничего не чувствую. Полнейшая пустота и только скупая мужская слеза, ползущая из уголка глаза, даёт понять внутренние эмоции и переживания. Чувствую облегчение. Мой? Правда мой?
Хватаю телефон и чуть ли не выбегаю из кабинета. Мне нужно поговорить с Настей. Встречаюсь с ней глазами. Девушка стоит в компании Оксаны и Марка. Видя меня, резко отводит глаза, и я слышу разрывающий на клочья диалог.
— Я и подумать не могла, что у тебя есть сын! — Говорит секретарша.
— Сама удивилась, что меня об этом не спросили. — Прочищает горло и тут же выдаёт. — Мой мальчик то, раньше срока родился. В середине восьмого месяца. Как снег на голову летом. Совсем крохой был. А сейчас бегает здоровенький и счастливый.
Я как шёл уверенным шагом, так и прошёл мимо. Сжимаю телефон до хруста. Если раньше времени родился, то тогда получается не мой он. Бред какой-то. Да и вид у Насти был, будто бы специально так сказала. Да еще подождала, чтобы поближе подошёл.
Выхожу на улицу. Очевидно, что лучшим решением для нас стал бы разговор, но судя по ее словам в офисе, без боя глупышка сдаваться не готова. Ещё и наговорит чепухи с три короба.
Мне впервые за два года захотелось закурить. Бросил, а сигареты всё равно с собой ношу. Достаю отраву и смотрю перед собой. На парковке стоит уже знакомое мне помойное ведро, а около него, сгорбившийся олух. Он то мне и нужен.
Подхожу к парню и спрашиваю, есть ли закурить. Он смотрит с недоверием на меня, а затем достает зажигалку, а сам просит угостить сигареткой.
И вот стоим мы у его машины, бывший и нынешний, да нервно покуриваем. Решаюсь заговорить, пока Настя не вышла из офиса. Выйдет и шанса выведать правду, не останется.
— Давно с ней? — Говорю сухо.
— Чуть больше года. — Как-то быстро идёт на контакт. Даже не смог проконтролировать эмоцию на лице. Брови резко поднялись вверх, а уголки губ опустились вниз.
— Значит пацанёнок не твой? — Я и так знал ответ, но прощупывал медленно. Что бы не вызвать слишком много подозрений. Но парню было плевать. Выглядел он изрядно потрёпанным и выжатым, как лимон.
— Нет, но люблю, как своего.
— А как же биологический отец?
— Да бросил он её, ещё в самом начале беременности.
— Мда… — Мычу и вижу, как дверь здания открывается и выходит Настя. Девушка останавливается и испуганно смотрит на нас. — Тяжело остаться одной, так ещё и родить раньше срока.
— Кто родил раньше срока? — Искренне удивился олух. — Она переносила Кирюху и родила на сорок первой неделе. Еще все удивлялись, как такая хрупкая и маленькая, да смогла родить богатыря весом в пять килограмм.
Я почувствовал жжение в районе груди. Резко захотелось напиться до беспамятства. Сморю, как Настя, расправив плечи не идёт, а летит в нашу сторону. Решила переиграть меня и скрыть правду о ребенке? Нет, малышка, теперь будем играть по моим правилам.
8 — глава
Я растерялась. Ощущала себя тараканом, которого застукали на кухне по среди ночи и теперь пытаются прихлопнуть старой галошей. Иначе, свою беготню с ребенком на руках, объяснить не могу.