Подхожу к очередному шедевру. Черный фон и три красные капли, как будто у художника резко из носа пошла кровь. Хмурюсь, наклоняя голову то на правый, то на левый бок. Хоть убей, не понимаю этого искусства.
— Картина называется «Ночь убийства». — Слышится голос Дронова позади меня. Ничуть не вздрагиваю и не пугаюсь, потому что, как будто знала, что скоро появится. — Художник неизвестный, а цена около ста пятидесяти тысяч долларов.
— Это слишком дорого за такое…
Переходим к следующей картине. Там просто каракули. Словно маленький ребенок начертил «каку-маляку» на белоснежном полотне.
— А это картина «Шум ветра». Цена двести тринадцать тысяч долларов.
— То есть, я могу взять любой рисунок своего сына и представить перед публикой, как предмет искусства? — Смотрю на Сашу, а тот улыбается мне в ответ.
— Вполне. — Ухмыляется. — Мне, как и тебе чуждо это, но… место выбирал заказчик и возможно, если всё понравится, будущий партнёр.
— Я явно не разделяю увлечения этого человека. — Кривлюсь. — Я понимаю, когда пишут поистине невероятно красивые картины, но, когда собственную отрыжку выдают за шедевр, простите, но это просто какой-то абсурд чистой воды.
— Александр, здравствуйте! — На ломаном русском звучит сладкий, как мёд, голос.
Перед нами высокая блондинка с нежным миловидным лицом. Голубые глаза, пухлые губки, ровная улыбка и ямочки на щеках. Шикарное изумрудное платье, подчеркивающее изящные изгибы тела. Я почувствовала себя мелкой уродливой букашкой рядом с ней.
— Простите, это единственное, что я знаю на русском. — Звонко смеется. Даже ее смех звучит идеально. Смотрю на Дронова, а то, расплылся, как лужица во время дождя. Ревность червячком начала шерудить где-то в груди.
— Добрый вечер, Мари. — Говорит на немецком Саша, затем смотрит на меня и говорит уже на русском. — Представься. Чего опешила то?
— Ты же знал, что заказчик девушка? Вы еще и знакомы, да?
— Знал. Хотел устроить тебе сюрприз.
— Меня зовут Анастасия, я переводчик господина Дронова. — Улыбаюсь девушке, она отвечает тем же.
— У вас прекрасный немецкий, Настя. Не хотите стать моим репетитором? Так бы мы могли стать чуточку ближе с Алексом.
— К сожалению, не могу оказать услуги. Слишком занята. — Немного прочищаю горло. — Кстати, Александр, так же, как и я, очень загружен работой.
— Жаль. Меня зовут Мари Дункле. — Девушка стреляет глазами в сторону Саши, и я понимаю, что начинаю нервничать. Лишь только на одно надеюсь, что со стороны меня ничего не выдаёт. — Скажите Александру, что он выглядит просто восхитительно. Он не хотел бы поужинать сегодня со мной, в каком-нибудь хорошем ресторане.
— Саш, — Смотрю на Дронова. — Она говорит, тебе не кажется, что в помещении слишком холодно?
Дронов хмурится и посмотрев по сторонам отрицательно мотает головой.
— Да вроде бы нет. Я бы мог предложить пиджак, но сегодня только в одной футболке. — Саша чуть оттягивает футболку, что мне на руку.
— Говорит спасибо за комплимент. Но сегодня он очень занят и не может поужинать с вами.
— Жаль. В следующий раз тогда.
Дальше мы смотрели на картины и параллельно обсуждали совместный проект. Мари с удовольствием выслушивала предложения, и сама была не против внести коррективы. Было бы странно отрицать то, что девушка была невероятно вежливой, милой и компетентной. Во время работы и обсуждения, она ни разу не перешла черту. Мне даже стало стыдно за то, что неправильно перевела и не сказала об ужине.
Когда девушка отошла в туалет, я резко повернулась к Дронову. Его синие глаза, обрамлённые черными и густыми ресницами, заглядывали мне в самую душу. Как бы не утонуть в глубинах океана.
— Саш… — Начала я, переминаясь с ноги на ногу. — Она тебя на ужин приглашала.
— Я знаю. — Улыбается одним уголком губ и осторожно заправляет выбившуюся прядь волос мне за ухо. От легкого касания кожи щеки, по телу проходит дрожь. — Ты забываешь, что я частично понимаю, о чем они говорят. Сказать только ничего не могу.
— Прости, я не хотела…Не знаю зачем вообще так поступила.
— Всё нормально, не переживай. Я стараюсь не смешивать работу и личные отношения. — Отводит взгляд в сторону, затем засовывает руки в карманы джинс. Слегка покачивается на пятках. Нервничает? С чего бы вдруг. — Мне завтра, как трофей, вручили Арину. Просят посидеть. И я бы… Не знаю, если ты бы согласилась… Может сходим вместе погулять? Ты с сыном, я с племянницей? Мне кажется, что им было бы здорово провести время вместе.