— Вернуть тебя. — Саша не смеётся и не улыбается. Его лицо серьёзное. Он всем видом пытается показать мне свой настрой.
— Мы с тобой уже всё выяснили. Даже не надейся. — Так же серьёзно отвечаю. — Мы можем с тобой быть, исключительно, только родителями.
— Насть, я решил все проблемы… — Начинает говорить, а я резко перебиваю.
— И поэтому я должна вешаться тебе на шею!? — Завожусь с пол оборота.
— Какая же ты невыносимая. Дослушай сначала! — Рявкает в ответ. — Я решил все проблемы и теперь полностью свободен для тебя. Это означает, что теперь мне ничего не будет мешать постоянно мозолить тебе глаза. Постоянно быть рядом. И в один прекрасный момент, ты просто сдашься.
— Угу… Даже не мечтай.
Встаю со стула и выхожу из палаты. Хватает же ему наглости, но мне это нравится. Нравится то, что сейчас начинает между нами происходить. Как будто начинают вскрывать мои самые потаённые желания. Я получаю невероятный кайф от того, что Дронов начинает охоту.
Из мыслей выдёргивает звонок телефона. На дисплее светится номер с подписью «мама». А вот и она. Заведомо готовлюсь к словесной пощёчине.
— Он ни в чём не виноват. — Слышу сразу заплаканный голос матери, как только снимаю трубку.
— Был бы невиновен, то не сел бы. — Ровно отвечаю. Как-то не цепляют слёзы матери.
— Попроси Сашу, чтобы не трогал его. Пусть скажет, чтобы Диму отпустили.
— Мам, ты себя слышишь? Не Саша сажал твоего хахаля за решётку, а полиция! Он виноват, ты не понимаешь, что ли? Ты была его очередной жертвой. Очнись наконец!
Кладу трубку понимая, что всю трясёт от злости. Как можно быть такой слепой овцой?! Хотя меня, наверное, можно назвать так же, раз поддаюсь чарам змей Горыныча.
19 — глава
Стою в аэропорту слушая заносчивое жужжание Марка над ухом. Он стоит с огромным чемоданом и портфелем на перевес. На шее парня дорожная подушка, а на лице не скрываемая улыбка восторга и радости.
— Мой первый полёт. — Смотрит на меня кивая головой, как болванчик, да всё так же продолжает по-дурацки улыбаться.
— Марк, ты в курсе, что мы летим на пару дней? — Смотрю на его баулы.
— Да здесь всё самое необходимое! — Завёлся и как давай мне перечислять всё, что взял с собой. Когда он дошёл до нижнего белья, я, округлив глаза ретировалась. Соврала, что нужно в туалет.
— Он такой чудак, да? — Пихает меня в бок Тонька, на что я, тяжело вздохнув, смотрю на её, не менее маленькие, сумки.
— Скажу так, ты и Марк, идеальная пара.
— Пф! Ха-ха-ха. Пф! Аааа, ну ты умора! — Начала издавать непонятные звуки Тоня. И как давай толкать меня в руку, мол, очень смешно. Посмеемся? Странное поведение девушки вызвало уйму вопросов, которые я хотела задать незамедлительно, но нас начали приглашать на посадку.
— У тебя какое место? — Спрашивает Тоня, внимательно рассматривая свой билет, пока мы идём по телескопическому трапу. Мельком смотрю в свой билет, хмурюсь и еще раз смотрю, только уже внимательнее. — У меня А32. Блин в самом конце места достались. Ты далеко от меня?
— У меня… — Мнусь. — А1.
— Чего? — Из-за плеча Тоньки появляется возмущенная голова Марка. — Нам около туалета, а тебе в бизнес-класс? — Парень надувает губы и давай быстрой ходьбой от нас удаляться. Словно на олимпийских играх. — Не удивлюсь, если будешь сидеть прям на коленях у владыки земного.
Вот же жук! И специально прибавил шаг, чтобы я не успела ничего ответить.
— Не переживай, я ему дам леща за тебя. Интересно, а Лидок тоже будет с вами? — Задумчиво подруга чешет себя за подбородок. — Было бы неплохо, если бы она к нам присоединилась. Чего молодым мешать, да?
— Я вообще не понимаю, почему у меня такие места. Явно какая-то ошибка.
— Ты сейчас серьезно? — Хихикает Тоня, поднимаясь на борт. — Хватит во вселенские ошибки верить, потом расскажешь, чем вы там занимались с Александром Николаевичем.
Говорит и заворачивает направо, прямиком в эконом-класс. Я же почувствовала себя, неуютно протягивая билет бортпроводнице. Миловидная девушка и так была вежливой, но как только увидела мои места, тут же встрепенулась. Столько любезностей и воздыханий в мою сторону, как будто перед ней сама английская королева.
Меня провожают на забронированное место. Тут же окунаюсь в роскошь, которая по карману только обеспеченному человеку. Именно поэтому чувствую себя, как не в своей тарелке. Все места огорожены, поэтому понять, кто занимает соседние места — невозможно.
Прохожу на своё место тут же встречаясь с глазами Дронова. Мужчина занимает кресло рядом со мной. Так вальяжно развалился, закинув ногу на ногу. Не хватало только сигары в зубы и слуги с опахалом.