– Может, и трахну, если следить за мной продолжишь, – орет на меня муж. – И трахать старательно буду, чтобы ты на всю жизнь вперёд насмотрелась! Истеричка!
Распсиховался и ушел в комнату. Злится, что я все узнала и свидания сорвала? Ну так я не держу, пусть идет, куда собирался!
Нет, это же надо, еще и меня виноватой выставить! Нормально, вообще, нет?
Ушла в спальню и легла спать. Плевать. День был отвратительный и закончился он так же. Все, ложусь спать, а завтра будет новый день и завтра я буду думать, что с этим делать.
– Свет, давай по человечески сядем и поговорим! – слышу голос мужа в коридоре.
Ага, поговорим. Но не сегодня. Я слишком устала и раздражена. Не хочу даже думать ни о чем.
– Ты на меня не злись. Я же ничего плохого не сделал. Всё ради семьи! – не поленился, в спальню пришел. Зря. Я редко так из себя выхожу, но он меня изрядно из себя вывел, так что к конструктивному диалогу я просто не способна, слишком сильны эмоции внутри. И злость и обида. И ревность, чего уж скрывать… Нет, ну ладно бы раз посидели, но он же снова к ней побежал!
– Не было в кафе ничего, показалось тебе, – подошел, снова с объятиями полез. Ага, после того, как пообещал пойти блондинку свою трахнуть, совсем идиот?
– Уйди! Видеть тебя больше не хочу! Трахай кого душе угодно! Только меня больше не трогай! – при мысли о девице в кафе снова злюсь.
– Ах так?! – рычит муж. – Вот пойду и трахну!
Иди-иди, кобелина! И не возвращайся больше. Все, это развод!
Ну вот, довела мужа, а сама успокоилась. Но он сам виноват. Эту бабу я ему, может быть и простила бы, а вот того, что он меня истеричкой считает после двадцати лет брака – нет.
******
Миша
– Я всё знаю! – голос Светы дрожит. Лицо исказила гримаса боли. Никогда прежде не видел её такой.
– О чём ты говоришь? – пытаюсь вспомнить, в чём мог провиниться, но чем больше вспоминаю, тем больше убеждаюсь, что во всём прав.
– Я знаю, куда ты намылился! Знаю, где и с кем ты проводишь свои деловые встречи!
Вот это поворот! И откуда она только может всё знать? А главное – что означает это самое всё?
– Не знаю, кто и что тебе про меня наговорил… – закрываю дверь и подхожу к супруге. При правильном подходе любую мину обезвредить можно. А Светка у меня не взрывная, может и обойдётся! – Только зря ты их слушаешь! Я же всю свою жизнь нашему браку посвятил!
– А этой расфуфыренной блондинке ты тоже свою жизнь посвятить решил? – отстраняется и не даёт обнять. Злится.
– Не понимаю, о какой такой блондинке ты говоришь, – не могла же она меня с Мариной видеть… Да и чего там видеть-то? Ничего же не было.
– Не понимаешь? – Света уходит на кухню. – А в кафе ты с кем сидел? С блондинкой?
– Так это же я с коллегой сидел, – нужно менять тактику. Кто знает, что она смогла там разглядеть, да нафантазировать… – Она мне хорошую новость принесла.
– Хорошую новость? – ярости в её словах всё больше. Ярости и обиды. – Это так мы хорошую новость теперь отмечаем, держась за руки? А в следующий раз что будет? Трахнешь её прямо на столе?
Зря она так. Я же ни разу ей не изменял, хотя возможностей хватало…
– Может, и трахну, если следить за мной продолжишь, – не думал, что Света сможет меня так сильно разозлить. Но сама напросилась. Ходит, выслеживает… Не доверяет значит! – И трахать старательно буду, чтобы ты на всю жизнь вперёд насмотрелась! Истеричка!
Скидываю ботинки и куртку, ухожу в комнату. Понимаю, что пока не наговорил лишнего нужно отвлечься. Беру в руки гитару, сажусь на стул. Трясёт так сильно, что пальцы не попадают на струны. Бросаю гитару на пол – всё равно уже старая!
Нет, конечно же, с “истеричкой” я погорячился. Не помню, чтобы прежде она мне скандалы закатывала. Даже когда первый контракт подписал и до утра по барам отмечал ходил.
А ведь именно из-за Светки я бросил мечты о группе и за голову взялся. Она как тест с двумя полосками мне показала, я сразу понял, что обязан семью содержать, а не дурью маяться.
Подхожу к серванту и смотрю на свадебную фотографию. На ней мы счастливые, улыбаемся…
– Свет, давай по человечески сядем и поговорим! – не прошу, требую.
Выхожу в коридор, но Светы в нём уже нет. На кухне тоже. Заглядываю в спальню:
– Ты на меня не злись. Я же ничего плохого не сделал. Всё ради семьи!
Ответа не последовало.