30 часть
Пока я отдыхал, Лев Семёнович зря времени не терял. И вскоре я много чего узнал… Например, то, что взрыв на складе – дело рук Викиного брата. Смысл? Хотели, чтобы я уехал, а Катя осталась… И потом, они не ожидали, что ночью на складе кто-то будет. Вот незадача… Сволочи своей тупостью чуть не убили человека. Я решил сразу ему всё выложить…
- Виктория ждёт ребёнка.
- И что?
- Возможно, моего…
- Эдуард, что ты несёшь?
- Да, Лёва, да … Я не позволю моему ребёнку родиться в тюрьме.
- И что ты сделаешь? Она уже столько наворотила, что с какого бока не подойди, ей всё одно – срок светит.
- Посмотрим.
- Смотри, смотри… Трать свои деньги на эту курву, нанимай ей адвокатов, мало она тебя, дурака за нос водила.
- Спасибо, Лев Семёнович, ты здорово помог мне… Но дальше я как -нибудь сам всё разрулю.
Пусть она хоть последняя шалава, но если внутри неё сын… Порву всех за него…
Звонок с мобильного Вики.
- Эдичка, мне страшно…
- Что такое, Виктория?
- Забери меня отсюда…
- Вика, возьми такси…
- Эдуард, ты что, не понимаешь? Они выставили моё фото в интернете…
- Хорошо. Я сейчас приеду за тобой.
- Спасибо, дорогой, ты не представляешь, как я боюсь…
Ни минуты не думая, еду обратно. Никогда не думал, что во мне так развит отцовский инстинкт, но вот одно известие о том, что он, мой ребёнок. уже существует, делает меня сумасшедшим. Что же будет, когда он родится…
Я почти на месте, как на повороте меня обогнала полицейская машина. Похоже, она права, звоню Вике.
- Выходи сбоку, где конюшни, я как раз подъезжаю.
- Они что, уже здесь?
- Вика, хватит болтать, давай быстрей…
Вот ведь жизнь – не соскучишься… Уже поздно, но территория хорошо освещена, поэтому звоню ей, чтобы вышла ко мне. Но она, видимо, сама догадалась и сиганула через забор, я аж растерялся. Вроде бы беременным так нельзя?
- С ума сошла? Ты в порядке?
- А-а-а … Да. Конечно…
- С тобой точно всё нормально?
- Мне кажется, да. Не беспокойся. У нас всё окей…
- Ну и куда тебя теперь девать?
- Я всё придумала… Помнишь Лерочку? Ну, которая у Гришки на вечеринке в бассейн свалилась… Она же уехала… А ключи мне оставила, - она вытащила из сумки увесистую связку ключей…
Пока мы доехали до дома этой Леры, Виктория побоялась потом оставаться одна, а после у меня уже не было сил куда-либо двигаться, просто прилёг на диван и отрубился…
31 часть
Ночью в комнате оживают тени, мысли становятся сбивчивыми, сознание медленно покидает твой разум, и ты, пробираясь сквозь дебри сна отправляешься в путешествие. И вот тут- то и начинается самое интересное, воображение, очищенное от оков морали и каких-либо условностей, рисует странные картины, порой ничего с тобой реальной не имеющие, но отчего- то знакомые, как будто всё это когда- то происходило, но ты забыл, и вот сейчас только что начал вспоминать. Осознание этого сначала пугает, а потом ты сдаёшься, успокаивая себя, что это как- бы не взаправду, ты проснёшься и всё уйдёт. И только лёгкий шлейф, оставленный полученным настроением, немного будоражит тебя, ты пытаешься понять, откуда это, но обрывочные воспоминания не складываются, ускользают, а порой и вовсе исчезают под ворохом забот, новых впечатлений и эмоций, подаренных новым утром. Некоторые пробиваются сквозь твою защиту, особенные, которые пробуждают тревожные нотки, они как- бы предупреждают, что вот-вот должно что- то произойти, но только спустя время, приходит понимание, что всё было не случайно, ты должна была понять эти знаки, но не предав никакого значения, пыталась просто жить, не веря во всю эту чепуху…
Альбине снился сон… Всё вокруг было белым, не плотно белым, а скорее дымчатым. Она пробивалась сквозь этот белый дым, пытаясь выбраться. Ей вдруг стало очень страшно оказаться здесь. Она подняла взгляд вверх, пытаясь увидеть небо, но и вверху всё было белым. Эта белизна обволакивала, но не бережно согревала, а скорее холодила, казалось, что она затягивала её куда- то, и она пыталась вырваться из неё, хотелось красок: сочной зелени или хотя бы голубизны небес, но ничего этого не было. Отчаявшись выбраться из неё, она присела и оказалась заволоченной туман, и вот там она заметила странные метаморфозы, которые происходили с ней. Потянувшись в сторону, она просто поплыла, а потом вскинув голову вверх взлетела, и это не пугало, а скорее завораживало. Ей непременно хотелось найти границу, человеку трудно даже во сне представить мир без определённых ограничений, и вот, наконец, в какой-то момент она начала понимать, что сама способна его менять. Как завесу, отодвинув рукой пелену, она шагнула, внезапно почувствовав под собой твёрдую почву, ну хоть что- то. Интересно, а потолок есть? Хотела было взлететь вверх, но способность была утеряна. Вместе с этим, всё вокруг продолжало меняться. Прежняя дымчатость постепенно уходила, представляя Альбине новую реальность, которая постепенно окрашивалась в знакомые цвета. Пусть не до конца, не было насыщенности, но уже прослеживались очертания. Она стояла у дерева, ей захотелось опереться на него. Что- то не то с ней происходило. Внутри как будто, что- то росло. Положив руку на живот, она ощутила лёгкое сердцебиение. Сын. Первое, что пришло ей в голову. Осознание, что у неё будет ребёнок ошеломило её, захотелось рассказать Эду. Где же он?... Альбина искала его глазами, но его здесь не было… Эдуард был там, под завесой белой пелены. И она шагнула туда и провалилась в невесомость. Просто двигалась вперёд и наконец оказалась там, где сгущались белые краски. Ей уже приходилось раскидывать огромные белые хлопья. Наконец, она увидела его. Эдуард тоже был весь в белом, от этого она не сразу его разглядела. Она пыталась кричать ему, но он не слышал. Альбине стало так страшно. Эдуард умер? Приложившись к его груди, она услышала дыхание. Слава богу! Он живой. И такой красивый. Её Эд. Проснётся и всё узнает. Она ему расскажет…