- Тебе нельзя нервничать.
- Что? Нервничать? Ты реально думаешь, что я буду сидеть здесь одна и выращивать пузо?- выпучила она на меня свои глаза.
- Это и твой ребёнок…
- И что мне с ним делать? Ребёнок должен расти в семье. Ты не можешь меня вот так бросить.
- Уже. Мы с тобой в разводе.
- Это ты настоял. Не дал мне объясниться.
-Объясниться? -я всё время боялся сорваться, - А давай, валяй …Интересно послушать.
Виктория растерялась. Явно не была готова к такому раскладу…
- Я не буду разговаривать с тобой в таком тоне.
-В каком, дорогая? Ты тупая идиотка, которую разыскивает полиция. И теперь ты, Виктория, будешь сидеть здесь и делать то, что я скажу. Это ясно?
Молча кивает. Переборщил, конечно, но одному богу известно, как я себя сдерживал.
33 ЧАСТЬ
-Альбина, завтра ты едешь в Москву.
- Зачем? - я проснулась в каком-то непонятном ещё для меня настроении, а кто-то уже с утра хотел его испортить.
-Затем, что если бы у тебя мозги не были забиты чёрт-те чем, ты бы вспомнила. Победа в этой олимпиаде – реальный шанс для поступления. Поэтому собирайся, дорогая, это вообще не обсуждается. Я уже позвонила Марии Антоновне, она встретит тебя. Заодно и мозги свои проветришь, а то с этой твоей любовью вся учёба насмарку.
Может, и лучше уехать… и ведь действительно… Мозг быстро выдаёт решение. Ехать нужно сегодня, сейчас, закрыть своё сердце на большой амбарный замок и уехать. Дать Эдуарду время подумать, дать себе шанс переосмыслить всё ещё раз.
- Я хочу поехать сегодня.
- Что ты сказала?
- Лена, мне необходимо уехать прямо сейчас.
Она внимательно смотрит на меня и кивает. Мы заказываем билет, в авральном режиме собираем сумку и документы, и через полчаса стоим на вокзале. Я выключила телефон. Слёзы текут по щекам, но я выдержу. Пусть у всех будет шанс подумать. Всё-таки неделя – не такой большой срок.
- Ты всё сделала правильно, - Лена обнимает меня. Всё-таки несмотря на свой дурной характер, она переживает за меня.
В автобусе я включаю плеер и только пытаюсь забыться, как кто- то садится рядом. Ну и ладно. Буду делать вид, что сплю, и приставать не будут. Но нет, кажется, не получится. Открываю.
Ну и кто вы думаете рядом? Баринов, собственной персоной. Судьба? Не думаю...
- Баринов...- тяжело выдыхаю я...
-Выстрицкая...- этот гад ещё передразнивает меня, а я лишь качаю головой. С нашей последней встречи в школе он меня игнорировал, а сейчас делает вид, как будто ничего и не произощло...
- Ты то зачем в Москву? - Каникулы… Хочу провести их с тобой.
- Я вообще-то не развлекаться еду…
- Совместим приятное с полезным.
Спорить с ним бесполезно, и я лишь киваю головой.
- Как можно быть настолько безбашенным?
- Или влюблённым?
-Стас…
-Что? Ой, только не нужно забивать мне голову этим своим Кочетовым… Что ты вообще про него знаешь?
- Хватит, - я отвернулась к окну, показывая, что хочу закрыть эту тему.
- Аль. Ну, ладно, Аль… Больше не буду. Ну, мир?
- Ладно.
В Москве меня встречала Мария Антоновна. Маленькая бойкая старушка сразу бросилась меня обнимать. Когда я была маленькой, мы с бабушкой часто ездили к ней в гости. Своих внуков у неё не было, а очень хотелось, поэтому заботы обо мне было настолько много. Но порой это даже напрягало. Хотелось по лбу дать её великовозрастному сыну, который с головой ушёл в научную работу, напрочь проигнорировав зов природы. Когда я была маленькой, меня сразу ввели в Детский мир. И там меня радовали без стеснения в средствах. И мороженное, и пирожное, и парк, короче, бабушка-праздник. А когда моя бабушка умерла, она приехала, чтобы забрать меня к себе. И если бы не одиннадцатый класс, вряд ли что-то могло её остановить.
- Станислав Баринов, одноклассник, - представился Стас моей московской бабушке.
- Очень приятно молодой человек. Мария Антоновна. Ну, и раз уж вы знакомы. Может, зайдёте к нам в гости?
Я со всех сил мотаю ему головой: «Нет», но Стас соглашается и записывает адрес.