Проходя мимо зеркала, я не удержалась- глянула. Голубое шифоновое платье, мне невероятно шло, несмотря на то, что первой мыслью, было то, мама моя такое носила… В етстве я что- то подобное мерила, кружилась у зеркала, чувствовав себя при этом принцессой.
Он привёл меня обратно, к тому старику. Тот разговаривал по телефону и не сразу заметил нас. Но увидев меня в этом платье, просто прилепился взглядом. Смотрит, а глаза, как- будто пустые, как у сумасшедшего. Зачем я только напялила его? Может просто бы прибили, а так ещё с особыми изощрениями.
- Подойди.
Хочу же сказать, что – то поперёк, огрызнуться, но вместо этого просто делаю, как он сказал. Глаза страшные, как у змея, наверное, вот так и чувствует себя кролик перед удавом. Молча идёт прямо в пасть.
Он встал. И оказывается не такой уж он и старый, просто седой. Но движения выдавали в нём ещё довольно крепкого человека. Резко развернув меня к зеркалу, он заставил меня смотреть в него, как будто я смотрю не нас себя, а кого- то из той зазеркальной реальности.
Медленно проведя шершавыми пальцами по моей шее, он остановился на ключицах. Приподняв волосы, он повесил мне на шею кулон.
- Похожа. Да? - сказал он, обращаясь к неандертальцу, при
этом горько усмехнувшись.
- Слышь, Игнат, плохая идея.
Но тот лишь ощерился и взгляд стал ещё более безумный…
Взяв меня за руку, он подвёл меня большому белому роялю.
- Сыграй для меня…
Как он так на меня действует. Внутри упорно сопротивляясь, я послушно сажусь на банкетку и открываю крышку рояля… Давно, как же давно я не садилась за инструмент, а сейчас просто до дрожи в пальцах хочется играть. Пальцы сами начинают, и только потом я вся, как будто включаюсь. Наверное, играю совсем плохо, нутром чувствую, как бабушка качает головой, но вот он сидит и заворожённо смотрит, как будто провалился во времени. Сбилась, волнение накатывает на меня… Затылком чувствую прожигающий взгляд. Нужно собраться. Ну же… И я совершенно невозможно перевирая мелодию, продолжаю наигрывать Токкату из Партиты 6… Мой преподаваель наверное повесился бы если услышал, как я нагло перевирала его любимое произведение, но к счастью никто кроме двух тупыхидиотов этого позора не услышал.
Доиграла. И сижу, боясь повернуться. Кто- то сзади приподнимает меня за плечи, я только собираюсь, что- то сказать, как большая ладонь запечатывает мой рот.
- Тсс. Спит. Всё пойдём…
Не оборачиваюсь. Старик похоже всё это время пил… Рука свесилась с бокалом, а рядом стояла початая бутылка коньяка. Снова меня повели коридорами вниз. Как можно строить такие странные дома. Мне кажется, меня можно не запирать, я всё равно сама от сюда никогда не выберусь.
69 часть
Проснулась и даже ущипнула себя. Нет я не сплю.
Точно помню, что заснула на полу в своей коморке. Сейчас же лежу на большой кровати с пологом. Что за игры? Или я того… представилась уже… Ещё раз щипнула себя, сильно, синяк, наверное, останется. Тьфу, ты … Живая вроде.
Дверь отворилась, и образина зашёл с подносом. Ого. Мне ещё и ужин подают?
- Садись ешь, - поставил поднос на стол.
Два раза уговаривать не пришлось. На подносе стояла тарелка с большими кусками мяса, картошкой и огурчиками.
Я набросилась на мясо, как голодный зверь. Вкусно было так, что я даже не заметила, как вошёл старик.
- Лера.
Только я хотела его поправить, как образина тыкнул меня в спину. Жесткий взгляд и лёгкий утвердительный кивок говорили соглашаться со всем. Старик смотрел на меня не отрываясь, выжидая… Да фиг с вами, шизофреники хреновы… Промолчала.
Образина опять припёр мне какое- то платье. Посмотрел, как припечатал. Да ясно уже … Ясно, что с вами не покочевряжишься. Отошла за полог. Не, ну придумали, пялиться … Зыркнула на них недовольно, но старик только довольно ухмыльнулся. Прежде платье было ярко красным, с расшитым лифом, струящееся в пол, оно явно было концертным… Опять играть? Чувствовала себя некачественной копией. Тем более это платье явно надевалось под каблуки, а так оно волочилось за мной по полу. Вся эта идиотская ситуация злила меня всё больше и больше…
- Ну, что смотришь? Застегни.
А он стоит, как слон в посудной лавке и глазами хлопает. Ещё лицо такое сделал, как будто я у него миллион в долг попросила.
- Я сам, - старик встал и подошёл ко мне. Его грубые, тяжёлые руки осторожно коснулись моих лопаток. И я забыла, как дышать. Странное чувство, но меня использовали, как приложение к вещи. Как- будто вместе с этим платьем я являлась для него фетишем. Он провёл по изгибам позвоночника пальцами, заставив меня выгнуться, а потом взял мою ладошку и повёл наверх, туда, где стоял рояль.