— …Все спешим, — услышала она неторопливую, как всегда, речь Рубана. — Бежим, мчимся, но ведь не все умеют быстро бегать. Вот хоть бы я, к примеру, на своих костылях. Далеко не убегу. И все нахваливаем свой век: выдающийся, исключительный… Научились делать искусственные ткани, фальшивые драгоценности…
Остренький носик Риты Клочковой вроде бы еще более заострился, на виске нервно забилась жилка.
— А где святое? Где подлинные чувства? Где настоящая великая истина, которая могла бы сотрясти душу, удержать нас от этого сумасшедшего бега, заставить остановиться и подумать? Где она?
— Такой истины нет, — жестко сказал Ирша. — Мы все время движемся вперед. В этом и заключается прогресс, в этом и состоит высшая истина.
— Прогресс чего? — быстро спросила Рита. — Только и слышишь: прогресс, прогресс… А что такое прогресс?
— Прогресс? — несколько озадаченно переспросил Ирша. — Прогресс — это все. Решительно все, из чего состоит наша жизнь и, в частности, наша с вами работа. То, чему мы служим. Зодчество!
— Строим, строим, строим. Пещера, дом, дворец, кинотеатр… Зачем строим? Во имя чего?
— Как это «во имя чего»? — удивился Ирша. — Во имя красоты. — И, подумав, добавил: — Во имя будущего.
В глазах Риты на мгновение вспыхнули лукавые огоньки и тут же погасли, она спокойно, в упор взглянула на Иршу.
— А не кажется ли вам, что наша любимая архитектура становится самоцелью? Служит прежде всего самоутверждению. Возвеличить самих себя — вот цель, потом можно и разрушить построенное, не беда. Я думаю: прогресс для человека — это его собственное самоусовершенствование.
Голоса их звучали довольно громко, и все постепенно притихли, прислушиваясь. Рубай тянул водку — так умел пить только он — маленькими глотками, подолгу задерживая во рту, и довольно улыбался: казалось, для него не было большего удовольствия, чем столкнуть других лбами. Ирина видела, как все внимательно прислушиваются к спору, и волновалась за Сергея, чувствовала, что тому не хватает аргументов, при всей своей эрудиции он будто бы не имел опоры, Рита же, к удивлению Ирины, эту опору имела — внутреннюю твердую убежденность, хотя и не выпячивала этого.
— Самоутверждение — одна из насущных потребностей человека. — Ирша бросил реплику быстро и легко, словно радуясь удачно найденному доводу.
— А где предел этим потребностям? Чего вы в конечном итоге добиваетесь? — допытывалась Рита.