— Он прав, Коди. — послышался голос Криса, что сидел на месте кучера. — Наши магические и физические возможности тесно связаны. Чем выше наш магический потенциал, тем сильнее мы можем стать физически благодаря магии. Хотя, судя по всему, у тебя с этим уже всё в порядке.
— Я не это имел в виду, но ты тоже прав, Крис. Владение магией, как таковой, тоже очень важно, тем более, когда у тебя огромный магический потенциал. Усиление тела безусловно полезная вещь, но, если твой враг не подпускает тебя к себе, можешь считать, что бой проигран. Это работает в обе стороны. — сказал Мариан, бросив мимолётный взгляд на Кумико. — несмотря на то, что в группе «Дракона» я мечник и выполняю роль авангарда, по существу Я — маг. Конечно мечом, что у меня на поясе, я неплохо владею. Моя задача не подпускать никого ни к моей группе, ни к себе. Просто вспомни — кем была Рей? Все в столице знали, что она хороший маг, но сейчас ты в руках держишь её меч. И мечницей она была великолепной. Во многом благодаря этому, в свои довольно юные годы, заслужила право быть командиром отряда Тандалийского Ордена.
Коди молчал, глядя Мариану в глаза. Он внимательно слушал его и был очень воодушевлён мыслью, что может стать сильнее, изучив несколько магических элементов.
— Да… хочу изучить боевую магию. — он посмотрел на эльфийку, убрав «Латину» в ножны. — Кумико, я знаю, что ты маг поддержки, но ведь и боевой магией ты тоже владеешь, верно?
— Верно, не считая школы Исцеления, я изучала школы Света, Огня, Земли, Молнии, Воды и Ветра.
— А это что, ещё не все? — спросил Коди, удивившись количеству школ.
— Не-е-ет. — Кумико мило улыбнулась. — Есть ещё школа Погоды и Иллюзии, да и внутри этих школ мне многому надо научиться.
Парень почесал свой затылок, отведя взгляд. Магия очень сложна в изучении, когда тебе не хватает усидчивости, чтобы вдаваться в подробности работы явлений. Не зная сути, вызвать явление с помощью магии практически нереально. В этом плане «Низшая магия» имела существенное преимущество, так как нужного эффекта можно было добиться специальным курсом тренировок, где результат достигался больше интуитивно, нежели вдумчивым разбором и изучением природы явлений. Коди был одним из тех, кого не интересовала теория и потому желанием учиться не горел. Однако слова Мариана заставили парня сомневаться в своих убеждениях. Магия была существенной и важной частью его мастерства. Если Коди хочет хотя бы приблизиться к его силе, ему придётся изучать её, хотя бы некоторые из школ.
— Не могла бы ты поучить меня какой-нибудь школе?
— Боюсь, Коди, из меня выйдет не самый лучший преподаватель. По-настоящему хорошо я знаю только магию исцеления. Тем более, без литературы будет сложно объяснить некоторые вещи… Я могу попытаться научить тебя, но будет гораздо лучше, если ты наймёшь наставника в Еврантире.
Коди пожал плечами и уселся на своё прежнее место. Тут же рядом с ним присел Мариан.
— Кстати о магии исцеления. Коди, почему ты не сказал, что изучал её? — он повернулся к парню полубоком, упираясь левой рукой в коленку.
— Я и не изучал её.
Мариан вскинул бровями, чуть отдалившись от него.
— То есть ты хочешь сказать, что твоя регенерация ран, это что-то само собой разумеющееся? Они заживают слишком быстро, чтобы считать это нормальным. Твоя регенерация определённо магическая. А значит в этом замешан ты.
С трудом понимая, как объяснить откуда взялась его регенерация, он отвёл взгляд. На этот счёт у него была лишь одна мысль, основанная на собственных наблюдениях, и она всегда казалась ему бредовой. Но другой версии получения такой способности у него не было.
— Думаю… это всё от тренировок с моим наставником. Я не чувствую боли и в первые месяцы тренировок всегда получал кучу травм — ссадины и мелкие порезы в обычные дни, а иногда переломы, когда не везло. Вы не подумайте, Эргенд не истязал меня. Просто я так хотел стать сильнее, что много тренировался один, без его наблюдения, в то время, когда он уходил на службу к Герцогу. По итогу, мне постоянно приходилось ходить к целителям. Это отнимало ценное время, которое я хотел тратить на тренировки, а не на глупые походы. Я видел много раз, как мои ссадины и царапины залечивают в церкви, немного поспрашивал, а потом начал пытаться повторить. Спустя несколько месяцев экспериментов, у меня впервые получилось залечить маленькую ссадину. Я просто представлял, как она залечивается, воспроизводя образы со слов целителя. Ранения у меня были постоянно, и лечение я тренировал чуть ли не ежечасно. Спустя год я уже мог лечить довольно глубокие порезы. Ещё спустя два года, я понял, что теперь мне даже думать об этом не надо. В то время у меня появилась подруга, Марика, которая слишком сильно волновалась о моих травмах… и я стал стараться ещё больше, думая «вот бы они заживали ещё быстрее, чтобы она не успела их заметить». Наверно, это мне и помогло. Но я никогда не садился за учебники или что-то такое. И переломы, я не могу лечить. Я не знаю почему, но не могу — он внимательно осмотрел каждого, кто находился в повозке.