— Ты не сделала ничего плохого, ты пыталась остановить и защитить. Кумико, чтобы не произошло, чтобы ты не решила, я буду рядом с тобой и буду в твоей группе столько, сколько смогу. Ты единственная, кому я готов доверить свою жизнь.
Кумико не ответила, лишь тихие всхлипы доносились из-под одеяла.
— Квинт. Я бы хотела с тобой поговорить.
Лучник сидел во дворе с оголённым торсом, прячась от полуденного солнца в тени крыльца. Весь день он помогал деревенским разбирать завалы разрушенных домов и был частично измазан в саже. Кумико присела рядом, отдав ему кувшин с водой.
— Ты хочешь исключить Коди? — парень ответил сразу же, как сделал несколько глотков.
— Так ты уже знаешь? — Кумико опустила голову, упёршись взглядом в землю.
— Я не знаю, правильно ли списывать всю вину на него, но ведь Майрон больше никогда не примет его рядом с собой. Если бы не Коди, никто бы не пострадал, и Алиса… — Квинт запнулся, но собравшись с мыслями продолжил — Но, если бы не Коди, все эти люди и дальше шли бы на эксперименты безумцам, и кто знает к чему бы это привело. Я не знаю, что здесь правильно и кто прав, но я пойду за тобой Кумико, чтобы ты не решила.
— Насчёт этого — Кумико нервно сглотнула — думаю, как только мы дойдём до Еврантира, я распущу группу.
Над парой повисла тишина. Лишь лёгкий ветер и отдалённые крики местных, разбирающих завалы прерывали их покой.
— Понятно. Позволишь, я пойду дальше работать. А то, пока сижу, мысли всякие в голову лезут.
— Да конечно.
Квинт резко встал и быстро направился в сторону одного из разрушенных домов.
— Прости, Квинт.
За столом с пятью стульями сидело три человека. Коди был четвёртым, и пятым членом группы была Алиса, покинувшая её несколько дней назад.
Пятый стул был отодвинут в сторону, разбивая последнюю надежду Коди, что на него кто-то сядет. Алиса не придёт на это собрание, так что единственный пустой стул сейчас стоял напротив Кумико, которая сидела, сложив руки на груди.
— Наконец мы все собрались.
Кумико прервала тишину и тут же замолчала вновь. На долю секунды взгляды всех упали на пятый пустой стул, а спустя миг вернулись обратно. Обсуждать это не имело смысла — ничего не изменится.
— Коди, мы уже успели поговорить со всеми остальными, пока ты восстанавливался после боя и теперь нам нужно рассказать всё тебе.
Коди пострадал в бою не меньше Майрона, хотя собственная чудовищная регенерация не позволила ему погибнуть. Арт-магия, выпущенная Алисой, отрикошетила от Чанга и, сильно ослабев, попала в него. Экипировка чудом спасла парню жизнь.
— Мы решили, что, как только доберёмся до города, группа будет распущена. Естественно, никаких заданий по дороге мы брать не будем. Из деревни выйдем вместе со стражей из города.
— Расформировать группу? Зачем, Кумико, вы ведь можете просто выгнать меня. Это я во всём виноват, зачем разрушать группу из-за этого?
— Нас покинул боевой маг, и сейчас мы вынуждены исключить тебя, Коди, бойца авангарда, фехтовальщика, нашу основную ударную силу. Майрон, тоже покинет группу, как только мы доберёмся до Еврантира. Из двух человек группы быть не может.
Над комнатой нависла гробовая тишина. Все молчали. Майрон сидел всё с тем же недовольным лицом, ни один мускул не дёрнулся на его лице за время разговора. Квинт же всем видом показывал, что не рад развалу группы, но сделать с этим он ничего не может. Вместо слов он просто сверлил взглядом дырку в середине стола.
— И я поняла, что хочу побыть какое-то время одна. Я была вашим лидером, но после первого же серьёзного боя потеряла сразу двух людей…
— Создать группу было твоей мечтой…
Тихий шёпот сам вырвался у Коди, ещё до того, как он понял, что сказал. Кумико лишь поморщилась, но разочарование в её глазах стало ещё сильнее. Теперь Коди понял, что не только в нём она разочарована.
— Простите меня. И спасибо, что когда-то позвали в группу. Несмотря ни на что я был очень рад путешествовать с вами. Простите меня.
Коди встал со своего стула и поклонился так низко, как только мог. Никто ничего не ответил. Квинт всё так же сверлил взглядом стол не в силах совладать с собой, Майрон всё с тем же непробиваемым лицом смотрел на Коди, а Кумико просто не могла найти слов. На уголках её глаз стали заметны едва видимые капельки слёз.
— Простите меня.