— Орден, у меня плохие новости. Я знаю, как сильно вы все хотите пойти покопаться в древних руинах, но придётся подождать. Сейчас в подземелье орудуют «Драконы» вместе с тем отрядом, который должен был идти с нами. До завтра, пока не вернётся другой отряд Эделики, нас не пустят.
По таверне прошла волна недовольства.
— Ну! Тихо. На этот раз дело более серьёзное, чем обычно. В Эделику прибыло шесть «Драконов». Так что я рассчитываю на каждого из вас. Подготовьтесь как следует. На сегодня можете быть свободны, главное не создавайте Аксарии проблем.
— Есть, госпожа!
Отряд стал лениво покидать таверну, разбредаясь по городу шумно обсуждая новость о «Драконах». Эргенд же продолжал сидеть на своём месте, а рядом с ним, сложив руки на груди, сидел Коди. Взглядом Маргарет быстро нашла их стол и отправилась к ним.
— Будете обедать, госпожа?
— Нет, я поем в городе.
Коди немного оживился.
— Я же обещала прогуляться с тобой. Пока есть возможность, давай сходим к храму и скверу.
— А мы успеем?
— Они в одном месте. Мы посетим и то и другое одновременно.
Маргарет бросила быстрый взгляд на Эргенда и тот слегка заметно кивнул. Нужно было выяснить, почему церковь вызвала так много «Драконов».
«Земная Равуна» находилась в конце Бордового сквера, на последнем ярусе города. Это был первый сквер, который Коди довелось посетить, и он был прекрасен, но мальчишка в упор не понимал почему он называется «Бордовым», ведь этого цвета здесь были только фонари.
Уединённый сквер, словно портал в другой мир, множество кустов и деревьев пролегали вдоль широкой дорожки и укрывали в своей тени каждого проходящего по аллее. До самого храма, по краям на дорожке стояли изящные лавочки с металлическими ножками и жёсткими, деревянными сидениями и спинками.
Людей здесь было довольно мало, в основном женщины с детьми и одинокие, читающие книжки, старики. Любоваться видами этого сквера можно было очень долго, но расцветал он с наступлением сумерек, когда фонари зажигались, окончательно ограждая сквер от всего остального мира.
Казалось, сколько бы людей здесь не было, сквер всегда будет тихим и спокойным, идеальным местом для побега от суеты портового города.
Храм ничуть не уступал скверу по красоте. Прямо над высокими, открытыми воротами красовался огромный витраж с изображением Эйрис. Богиня стоит в полный рост в белоснежном платье, сложив ладони вместе и держа в них длинные локоны своих золотых волос. Её добрый взгляд устремлён ко входу в сквер, словно встречая каждого входящего сюда.
Проследовав внутрь храма, Коди увидел огромный зал с очень высоким потолком, а вокруг по стенам были развешаны картины с богиней. Везде она была изображена в белом платье, но пара картин заинтересовали Коди. На одной длинные волосы богини опутывали мир, пока та стояла на парящем острове и молилась.
— Это Равуна.
Коди непонимающе глянул на Маргарет, которая с улыбкой всматривалась в картину.
— Тот самый парящий остров из легенд?
— Да, это парящий замок Эйрис. Каждый год, в день основания Эделики, он пролетает над этим городом и даёт начало новому году. День основания Эделики совпадает с первым числом месяца Равуна, и годы у нас идут «От основания Эделики».
— Знаю, отец рассказывал мне истории из Кодекса, когда ещё был жив.
Чуть дальше висела вторая интересная картина. В тронном зале стояла высокая стройная девушка в лёгкой броне с бордовыми глазами и волосами, что уже было необычно для людей. На её поясе висели красные ножны, с чёрными и белыми линиями.
— Раз отец тебе читал Кодекс, тогда ты точно должен знать её.
Мальчишка взглянул на Маргарет, обдумывая, как бы помягче сказать, что понятия не имеет, кого он видит на картине. Этого было достаточно.
— Это Антис, героиня Великой войны. Избранная и последняя владелица Тандалии «Меч». Именно благодаря ей Альданс… э-э-эх… эйрисисты смогли победить в Великой войне. После победы она пропала, и Церковь почтила её память. Они сделали её святой.
— Понятно, кажется…
От входа до алтаря вела длинная и широкая красная дорожка. С открытыми воротами, казалось, что эта дорожка продолжает сквер внутрь храма.
На алтаре, под стеклянным куполом, лежал Кодекс Эйрис. Золотая обложка красиво переливалась разными цветами, отражая свет витража. Книжка была очень толстой и казалась очень тяжёлой.