— Ах… Коди… как успехи?
Прежде чем ответить, мальчишка прошёл глубже в дом, к столу, и поставил на него мешочек со своими находками. Он был зол. Ему нужно успокоиться. Чуть-чуть помедлив он уселся на лавочку и, успокоившись, начал свой «доклад».
— Ну… думаю, на пару дней хватит, вместе с теми запасами, что у нас есть, но завтра придётся ещё сходить поискать.
Коди почувствовал запах духов, что заставило его поморщиться. Мама редко ими пользовалась.
— Ты снова их достала?
— Да…
Коди старался не поднимать эту тему, зная, что духи и их запах единственное напоминание об отце. Тишина повисла между ними — продолжать разговор не было смысла. Парнишке не нравилось видеть свою матушку грустной, тем более из-за этих духов, но что он мог с этим поделать? Просто наслаждаться запахом духов, погружаться в ностальгию мирной и счастливой семейной жизни, одно из любимейших занятий его матери, как бы то грустно не звучало.
— Пора приниматься за ужин.
— Тебе помочь?
— Не-е-ет, можешь пойти поиграть на улице.
Пусть помочь он ей не мог, Коди хотел научиться готовке, и быть хотя бы ещё немного полезнее, но он понимал, что она не посчитает это честным и не свалит на него ещё и готовку. Мама любила его не меньше, чем он её. Она бы никогда не смирилась с тем, что становится бесполезной своему сыну. Хотя никто из них никогда не считал друг друга бесполезным.
Коди неспешно вышел из дома и задумался.
«Поиграть, да? С тех пор как он солгал, я не знаю, что это такое.»
Мальчишка осмотрел улицу, злость снова накатывала на него. Нужно чем-то себя занять. Оглянувшись вокруг он увидел одинокого прихрамывающего старичка, что медленно шёл куда-то в сторону северных ворот. Приглядевшись к нему, мальчишка понял, что это староста, что-то бормочущий себе под нос и даже не замечающий Коди.
— Староста!
Старичок слегка вздрогнул, оглянулся, но, увидев подбегающего к нему Коди, широко улыбнулся. На нём была надета серая рубаха и дряхлые, как и он сам, штаны. Старичок носил длинную седую бороду, а голова его уже давно стала лысой.
— Коди, здравствуй.
На его шее болтался символ Иртисизма — ромб с двумя лучами и короной. Староста никогда не скрывал своей религиозной принадлежности, в этом не было необходимости. Аксария уже давно не та страна, которая яро отстаивает свою религиозную целостность и уже целые регионы практически полностью исповедуют Иртисизм. В основном это территории, захваченные у Кохумо в прошлой Восточной войне, отгремевшей 7 лет назад. Той самой войне, забравшей жизнь отца Коди. Хотя и по сей день не все избавились от предрассудков, что иногда доставляло старосте проблем.
Коди скептично относился к религиозной вражде между Иртисизмом и Эйрисизмом. Просто не понимал для чего она. Мальчишка вырос на сказках и легендах Эйрис, знал о вражде, но всё это дополнили рассказы отца о людях, эльфах и глитчах, что тот встречал на своём пути. До великой войны, тысячу лет назад, эльфы, физически самая слабая раса, исповедовала исключительно Иртисизм, люди в подавляющем большинстве Эйрисизм, а глитчи, физически самая сильная раса, только Эйрисизм. После войны, а особенно после основания Эделики, нового религиозного центра Эйрисизма на эльфийской территории, люди и эльфы перемешались, а границы религии размылись. Только глитчи остались верны своим традициям и исповедуют Эйрисизм и по сей день, жестоко преследуя любых сторонников Иртисизма.
Отец о всех них говорил так:
«Если видишь красивого худого мужчину или женщину с длинными ушами, эльфа, в первую очередь узнай о его религии. Иртисисты очень ответственны и дотошны, не любят торговаться. Попытаешься изменить цену или, да сохрани меня богиня, заподозрят обман, могут и вовсе отказаться от сделки. Но более надёжных торговцев я не встречал. Если заключили сделку, точно исполнят, чего бы им это не стоило. Эльфы-эйрисисты же получают удовольствие от процесса торгов и хитростей. С ними надо держать ухо востро. Недоглядел сам виноват, азартные ребята. А вот с глитчами лучше приходить с охраной и только если ты сам Эйрисист. Кодекс Эйрис они никогда не нарушают, обманывать не будут, партнёры они надёжные, но на переговорах ценят только силу. Дал слабину, потерял выгоду, а если ты Иртисист, лучше даже не заговаривай с ними. Могут и обмануть, и договор не выполнить. Если повезёт. Страшные ребята, огромные, с рогами, всегда в доспехах, словно всегда готовы к войне»
Коди отмахнулся от неожиданно нахлынувших воспоминаний. Может слова отца и были правдой, но он их предал, когда ушёл и не вернулся.