«Беречь его… я даже не знаю, зачем он мне…»
Коди протянул руку к камню, но Эргенд остановил его, внимательно вглядываясь в глубину этой дымки. Неожиданно камушек стал меняться и излучать тусклое волнообразное свечение, исходящее от центра, заменяя собой серую дымку.
Эргенд, смотревший на камень, сморщился, словно от очередного приступа адской боли в теле, и лишь одинокая капля слезы, скатившаяся по щеке, выдала его чувства. Спустя пару мгновений он произнёс:
— Маргарет больше нет в этом мире.
— Но…
— Но мы вернём её, Коди. Обязательно.
Закинув Коди на плечо и не проронив больше ни слова, вместе с потрёпанными остатками отряда, они медленно выбирались на поверхность. Только на поверхности Эргенд вновь опустил мальчишку на землю.
Из одиннадцати человек в живых остались только пять, включая Коди. По меркам Ордена — это огромные потери. Деморализованные, люди были даже не в силах объяснить охранникам у входа, что произошло. Все, как один, рухнули на землю без сил, стоило воротам открыться.
Вспышка не дошла до поверхности, потухнув где-то на верхних этажах, поэтому в лагере жизнь шла своим чередом, не подозревая о трагедии произошедшей внизу. Только возвращение половины отряда элитных бойцов в сильно потрёпанном виде вызвало небывалую суматоху и шок. Лирен, Капитан стражи аванпоста, тут же отвёл всех в свою палатку, где распорядился оказать пострадавшим немедленную помощь. Выждав, когда ребят приведут в чувства, он выгнал всех подручных и внимательно выслушал доклад Эргенда.
Тот был немногословен, выдав только необходимые факты. Потеря Маргарет и остальных членов группы сильно сказалось на нём. Казалось каждое слово, напоминающее о недавних событиях, заставляет его страдать всё больше.
Узнав о произошедшем в подземелье, Лирен распорядился организовать транспорт до Эделики и самолично отправился сопровождать группу до места их назначения.
Отряд вернулся в гильдию только к полуночи. По пути в город выжившие говорили о том, что хотят уйти из Ордена, кто-то молчал, словно переживая всё это снова и снова у себя перед глазами. Эргенд ничего не говорил, но точно знал, что ему придётся покинуть Орден, чтобы сдержать обещание данное Маргарет — позаботиться о Коди.
Мальчишка же всю дорогу рассматривал мерцающий камушек. Он не понимал, что это значит. А Эргенд всем видом показывал, что не готов сейчас об этом говорить.
Смерть Маргарет никак не отразилась на Коди. Как и несколько дней назад, он не испытывал абсолютно ничего кроме ностальгии. Никаких эмоций, никакой грусти или боли. Только теперь его пустоту в душе заполняла непонятная надежда. Тот факт, что Маргарет была абсолютно уверена в этом камне, что она не прощалась и что даже Эргенд уверен в том, что Маргарет вернётся, вселяло в него надежду. Камушек стал олицетворением этой надежды, его бесценным сокровищем, наивной верой на возвращение Маргарет.
В тот день вернуть Маргарет стало его долгом и как оруженосца, и как мальчика из деревни, чья жизнь была спасена этой странной шатенкой и теперь целиком и полностью принадлежала ей. Мальчишка ещё не подозревал о том, насколько тяжёлая ноша упала на его плечи.
В Эделике, ночью, Коди пытался уснуть в казарме, но не смог перестать думать о предстоящем. Эргенд так ничего и не объяснил, но обещал рассказать завтра, а потому Коди оставалось гадать, что же это за камень. Винить за это Эргенда он не хотел: одного взгляда на этого вечно спокойного мужчину было достаточно, чтобы понять — он полностью разбит. И только ответственность за отряд и необходимость вывести его в безопасное место держали его на плаву.
Бессонница вновь настигла его, и теперь некому было её угомонить. Маргарет не было рядом, но отсутствие каких-либо эмоций вновь злило Коди. Он вспомнил лицо Эргенда, когда они пришли в гильдию и ту единственную слезу, что прокатилась по его щеке в момент, когда камень засветился и ему стало стыдно за свою бесчувственность.
«Да что же со мной не так?»
Завернувшись в одеяло, он вышел во двор гильдии.
Над Эделикой небо было чистым, звёздное море с трудом освещало поместье, но луна спасала немощные звёзды.
Коди поднял камень наверх, сравнивая его мерцание со светом звёзд. На фоне ночного неба тусклый свет камня казался ему чем-то родным, чем-то прекрасным и очень близким.
— Маргарет была хорошим человеком, Коди.
Коди чуть не выронил камень, дёрнувшись от испуга.