— Так у нас тут места не хватает для новеньких!
После замечания Честера, все замолчали, взглянув на Кумико и Майрона.
— А к чёрту стулья! Зачем тесниться за столом? Ричи, Гил, Коди помогите мне их отнести в дальнюю комнату.
Коди поставил бутылку на стол, взял два стула и понёс их в соседнюю комнату. Это был один из немногих моментов, когда хотелось искренне похвалить эту троицу. Подняв сильный шум, стулья заскрипели, выезжая из-под стола. Майрон тоже помог отнести пару стульев и буквально через минуту в комнате стало гораздо свободнее.
После того как последний стул был переставлен, всем уже хотелось наброситься на стол и быстренько смести все подчистую, но Эргенд вмешался.
— Подождите, я хочу кое-что сказать.
Выйдя в центр комнаты перед столом, он начал свою речь:
— Марика рассказала мне, что купила тебе сапоги в качестве прощального подарка.
— Да, отличные сапоги.
Эргенд слегка кивнул.
— Примерно полтора месяца назад я уже начинал задумываться о том, как пройдёт этот день… и тогда я понял, что хочу подарить нечто, что будет помогать тебе на твоём нелёгком пути. То, что будет напоминать тебе о том, кто ты есть и за что сражаешься. Идея для подарка пришла практически сразу.
Прошагав сквозь толпу голодных, но заворожённых его речью людей, он открыл ящик, который привёз сегодня утром и застыл.
— Я думаю, Маргарет бы хотела этого…
Из ящика он достал меч в багровых ножнах с золотыми завитушками вдоль всего корпуса. Развернувшись он подошёл к Коди и протянул ему это сокровище. Парень неуверенно взялся за рукоять и немного сдвинул меч, чтобы взглянуть на его лезвие. Багровое лезвие.
— «Латина»…
— Береги её, Коди. Однажды тебе придётся вернуть «Латину» Маргарет, но сейчас пусть послужит своей хозяйке в твоих руках.
— Эргенд…
— Знаю, подарком это сложно назвать, но она тебе сильно поможет в странствиях.
Коди вновь взглянул на «Латину». Не это было главным подарком Эргенда на сегодняшнем празднике. Мужчина, что заменил ему отца, подарил возможность вырасти и стать сильнее. Дал шанс вернуть девушку, что пыталась заменить ему мать. И «Латина» объединяла в себе все эти чувства, его мечты, его жизнь, чувства к Маргарет, чувства к Эргенду.
— Твой главный подарок — моя возможность вернуть её.
Эргенд крепко обнял Коди, став вторым человек за столь короткий вечер, который пустил слезу. Слова Гила по поводу веселья теперь не казались глупостью.
— Спасибо, что выполнил обещание.
Каждый в комнате тихо наблюдал за трогательной сценой воссоединения в прощании. Кумико и Майрон едва ли понимали суть происходящего и чувствовали себя чужими, но даже их это немного растрогало.
— Ладно, давайте начнём отмечать, не будем смущать гостей.
Честер неуверенно подошёл к бутылке на столе и взял её в руки.
— Я пойду за штопором.
Не успел Коди набрать себе еды в тарелку, к нему подошёл Вильям и забрал его от стола подальше. Старик был крайне недоволен и, пока парня тащили, он всё гадал от чего. Наконец отпустив мальчишку, Вильям недобро взглянул тому в лицо, сложив руки на груди.
— Ты чем думал, приводя в дом эльфийку?
Они оба бросили свои взгляды на Кумико, которую уже окружили с трёх сторон друзья Коди. Девушка казалась весьма спокойной в окружении столь навязчивых идиотов.
— А что не так?
— «ЧТО НЕ ТАК»? Она эльфийка, Коди. ЭЛЬФИЙКА! Народ под крылом чужой богини нам не друг, ей нельзя верить.
Вильям говорил шёпотом, периодически переходя на более громкий шёпот в порыве злости. Ненависть к представителям других рас казалась Коди глупой. Внешне эльфы похожи на людей. Их народ дружелюбен, вежлив и отзывчив, они всегда стараются прийти к соглашению, в то время как остальные стремятся разрушить всё и вся.
— Я верю Кумико.
Сбавив свой пыл, Вильям чуть отдалился от Коди. Закрыв глаза в размышлениях, он простоял несколько мгновений.
— Если у меня что-то пропадёт, возьму с тебя с процентами, когда вернёшься с госпожой Рей.
— Как скажешь.
Вильям развернулся и ушёл к столу, периодически бросая взгляды в сторону эльфийки.
Только Коди сделал шаг в сторону еды, к нему подлетела Марика с ужасающим настроем и увела его на улицу. Кумико, проводив своего товарища взглядом тихо похихикала, сводя с ума окружающую её троицу.
— У тебя тако-о-ой милый смех.
— Как у ангелочка.
— А твоё «тюк» на турнире до сих пор крутится у меня в голове. У нас в стране преступление быть такой милой, знаете ли. Наказание — пожизненное заключение в моем сердечке.