Заполнив все данные, хозяйка агентства кое-как вытолкала лахудру на улицу, пообещав, что прямо сегодня агенты приступят к разработке плана по возвращению ее законного супруга в лоно семьи.
Евдокия закрылась изнутри на все обороты замка и задумчиво обвела взглядом свое поприще и детище. Всего, чего она добилась сама, без чужой и посторонней помощи. Будучи матерью — одиночкой и с больной матерью — сердечницей на руках.
«У тебя ничего не выйдет, Ахова! Ни одна адвокатская контора с тобой не свяжется. Уж я об этом позабочусь» — гремел внутри нее язвительный голос Олега. — «Можешь подтереться своим дипломом юриста!»
Влюбленная дурочка Дуся вначале не подозревала, что просто стала добычей для хозяйского сынка. Она пришла в офис несмышленой студенткой, только окончившей Вуз. Ее посадили на обработку корреспонденции в помощь секретарю в юридическую фирму Белевских. Искренне Евдокия поверила, что нравится Олегу. Мысленно в ушах звенел марш Мендельсона… Логично же, когда красивые обещания мужчины должны вытекать во что-то большее.
Все девочки любят ушами.
— Какое редкое имя, как ты сама, моя рыженькая белочка.
Белочка. Только орешек — Олежек оказался ей не по зубам. Покувыркавшись с влюбленной Дусей он ее подставил, спихнув чужой косяк на новенькую сотрудницу. Евдокию обвинили в пропаже важных документов. И ничего она тогда не могла доказать… Смелости и наглости не хватило.
Глава 2
Только через три месяца после пинка под зад от «любимого» Дуся поняла, что беременна. Хотела подкараулить его рядом с офисом бывшей работы и все честно рассказать.
— Хватит бегать за мной, как собачонка! — рявкнул Белевский, не дав и слова произнести. — Кувыркаться со мной понравилось? Во вкус вошла? А мне вот не очень… Бревно ты, Дуська и деревенщина. Скучная и предсказуемая, — от его взгляда хотелось укрыться, от презрительного тона закрыть уши.
Евдокия знала, что материнство в одиночку — это не страшно. Мама ее тоже одна воспитала, вытянула в самые тяжелые времена, когда детского пособия хватало на три булки хлеба. Страшно другое… Что вот этот подлец стал донором ее ребенку и передал свое ДНК. Держит ее за полную идиотку, унижает прилюдно, пренебрежительно кривляясь, словно Дуся — грязь под его ногтями.
Евдокия тогда не разревелась, не убежала поджав хвост. Плюнула ему под ноги и задрав нос, ушагала подальше…
До ближайшего сквера, до первой лавочки, где можно опустить лицо в ладони и поплакать от души.
Почти шесть лет прошло, даже не верится.
Жизнь непредсказуема в своих алгоритмах и хитросплетениях. Сколько раз Евдокия убеждалась, что бумеранги есть по изменщикам — мужьям, что богатые тоже плачут… И вот еще одно доказательство, что Земля круглая. Ей предстоит искать подлеца для блондинки — жертвы диет и многочисленных пластических операций.
— Босс, мы в киллеры подались? — Санька — айтишник вынул деньги из своего конверта и раскинул веером. Запихнув свое богатство обратно, провел по гладко выбритой голове и взглянул на коллегу.
Сергей молчал и терпеливо ждал разъяснений от Евдокии Аховой. Уж больно подозрительно начальница размешивала ложечкой пустоту в чашке. Кофе давно выпит, а она все там что-то невидимое болтает.
— Пришла вчера дамочка и попросила вернуть ей мужа. Типа, он сбежал, — она хотела опять отпить из чашки.
Поднесла к губам… И только тогда заметила, что напиток закончился. В сердцах, стукнула донышком по столу. Встала с насиженного кресла и давай расхаживать по кабинету, поднимая с пола пыль.
— Внесла Нателла задаток, ребят, не маленький. Я уже из него потратилась, раздав долги, — остановилась и посмотрела на свою команду.
Студенты разных курсов. Сергей старше и меланхоличней. Но, он толковый аналитик. Сашка с прической под Колобка с оттопыренными ушами, казался смешным… Пока не заглянуть в глаза редкого малахитового оттенка, обрамленные густыми черными ресницами. Парень отшучивался, что ему любой образ конспирации подойдет, какой парик не нацепи. А зачем парик гениальному хакеру? Санька с техникой сидит и выискивает важную информацию на месте.
— Что-то личное? — предположил догадливый Сережа и свой конверт с деньгами запихнул в рюкзак, с которым не расстается, и он вечно болтается на правом плече. — Видно же, что ты Евдокия Ивановна извелась. Мочку уха теребишь. Мы должны с Саньком понимать, с чем и с кем имеем дело.
— Олег Белевский — отец моего сына. Когда-то давно мы… Он… Меня… Не знаю, как сказать, — она потерла пальцами лоб, будто там мыслей прибавится, если сделать массаж. Мандраж от предчувствия чего-то непоправимого сам рассосется.