Королева прибывала в эти страны только с одной единственной целью - побывать на каком-нибудь рауте и определить, в ком есть магические способности, а в ком ими даже и не пахнет. Заговор кремлёвских магов быстро разрастался и теперь в нём принимали участие фигуры самого крупного калибра, вплоть до президента США. От такой прыти у неё, честно говоря, голова шла кругом и Марине становилось не то чтобы страшно, но всё же как-то не по себе. В последний день апреля ей предстояло вместе с Дмитрием, Виктором и мужем посетить Вашингтон, чтобы побывать на встрече, устраиваемой на одной из вилл в пригороде, куда должны были привезти свыше трёх сотен возможных рекрутов из различных штатов. Все они относились к числу научной элиты Соединённых Штатов и в своём большинстве были достаточно молоды и талантливы, но только в области науки.
Американский президент, едва только поняв, во что именно хотят втянуть его русские, сразу же сделал ставку на наиболее выдающихся учёных. Тут он, правда, пролетел, так как Марина, побывав на съезде молодых учёных России, который проводился в обстановке строжайшей секретности в Самаре, уже указала на семьсот тридцать восемь тех мужчин и женщин, магические способности которых, по её словам, упирались в потолок. К тому же среди них она выявила целую дюжину драконов, а взглянув в глаза одного, даже обомлела, так как моментально почувствовала в нём серебряного дракона. Этому молодому астрофизику из Питера было сразу же предложено ехать в Москву и он стал её одиннадцатым учеником. Щуплого, застенчивого юношу высокого роста (как дракон, по словам принца Зариона, он был пока что задохликом, но ведь драконы тоже растут, как и все нормальные люди), Королева собиралась посвятить в верховные маги уже сегодня, сразу же после возвращения из Америки.
Борис был не только талантливым учёным, но и обладал на редкость сильными магическими способностями, а также настырностью и феноменальным слухом, потому, услышав краем уха, что в подземном дворце вскоре появится незамужняя девушка-дракон, сразу же надел костюм тройку, в котором он не казался таким тощим, и нарисовался в главной магической лаборатории. Детей к ней и близко не подпускали, а потому она давно уже стала местом студенческих тусовок. Марина, одетая в платье для коктейля, пошитое из золотого шелка, принц Зарион и Виктор, оба в смокинге, а также маг-генерал как раз находились там и сразу же одарили вошедшего юношу далеко не самым ласковым взглядом. Тот, словно невзначай, с ухмылкой сказал:
- Хоть люди, хоть драконы, все должны жениться по любви.
Королева всё сразу же поняла и язвительно ответила:
- Боренька, позволь мне тебе объясни одну простую истину, драконы, в отличие от людей, бьются за сердце драконицы иной раз и насмерть, а потому тебе нужно сначала заматереть, а уже потом переходить дорогу старшим. Поэтому лучше помалкивай, когда здесь появится Женька. Учти, характером она пошла в мать, мою тётку, а потому тоже терпеть не может всех полудохлых шипиздиков, вроде вечно пьяного дяди Вани, но тот хоть в постели хорош.
Сказано это было жестким и не терпящим возражения тоном и сказано не кем-нибудь, а золотой леди-драконом. Юноша, гордо вскинув голову и с гонором заявил:
- Хотя я и худой, всё же мастер спорта по плаванию и не пью, Марина Игоревна, так что не надо меня ровнять с вашим дядей.
Королева резко одёрнула его:
- Боря, цыть и чтобы я от тебя больше ни звука я не слышала про любовь драконов! Вот когда встанешь на крыло, тогда сам поймёшь, что такое альфа и что такое омега. Дядя Ваня, к твоему сведению, хотя и тощий, как вобла, и к тому же мне по плечо, всё же высший дракон, как нам сдаётся, а статью он обзаведётся после Женькиного брачного полёт. Между прочим, моей руки многие красавцы-атлеты домогались и среди них были даже драконы, как я сейчас понимаю, но когда Лиля представила мне Дмитрия Игнатьевича, то я сразу же поняла, за кого выйду замуж.
Дмитрий, посмеиваясь, добавил:
- Вот так-то, юноша. Мариночка говорит тебе это только потому, чтобы ты тут не стал изображать юного Вертера с его страданиями, когда здесь появится Женечка. Между прочим, когда принц Зарион объяснил мне, в чём дело, у меня сразу же отлегло от сердца, а ведь я даже после развода ревновал её к любому мужчине. Сердце дракона большое, мой друг, и разбить его нельзя, но можно поранить.
- Эй, ты, раненый дракон, - насмешливо сказал Пономарь, - нам через полчаса отправляться в Вашингтон, а ты всё ещё в тельнике, камуфляже и домашних тапочка. Быстро иди одеваться.
Борис, который зашел в большую магическую лабораторию, чтобы спросить о чём-то принца-мага, тихонько смылся. Едва шаги юноши стихли, принц Зарион недовольным тоном поинтересовался: