Все органы чувств у Марины мгновенно обострились. Она вдыхала прохладный воздух и определяла в нём множество запахов, которые несли огромное количество информации. Теперь леди-дракон была способна рассмотреть каждую песчинку и вместе с тем видела на Луне, повисшей в небе серебряным диском, буквально каждый камешек. Ну, а ещё у неё появились новые органы чувств, такие, как биолокация, с её помощью она могла ощутить присутствие любого живого существа на сотни километров вокруг, а также способность видеть и слышать в невообразимо широком диапазоне частот, что позволяло ей даже заглянуть под толстый слой песка и увидеть под ним развалины какого-то древнего города и несметные сокровища в нём.
И всё же самым восхитительным было то, что Марина ощущала небо, как свою стихию, в которой была полновластной и самой могущественной хозяйкой. А ещё она ощущала ту волну любви и обожания, которая исходила от мужа. Быстро повернув голову к нему, она чуть не завопила от восторга, увидев огромного серебряного дракона, стоящего на задних лапах слегка раскинув крылья и внимательно глядящего на неё, прижав свои могучие передние лапы-руки с длинными, острыми когтями к своей широкой и мощной груди. Она кокетливо вильнула хвостом, вздымая в воздух струи песка, и спросила:
- Ну, и как я тебе, Зарик?
Хотя Марина и произнесла эти слова вполголоса, как и от лёгкого движения хвостом от звуков её голоса во все стороны понесло песчаный вал, а крутой склон бархана, расположенного позади принца-дракона, дрогнул и обрушился вниз. Её возлюбленный, принц-дракон от восторга выдохнул клубы пламенеющего воздуха и, не в силах сдержать себя, гулко пророкотал:
- Ты восхитительна, золотая леди-дракон.
От его слов во все стороны понеслась такая звуковая волна, что все те потоки песка, которые пескопадом устремились вниз, мигом отбросило назад и через несколько мгновений они стояли в круглом песчаном цирке, от которого во все стороны нёсся самый настоящий песчаный шквал. На их счастье на расстоянии в добрую сотню километров никого не было, да, и принц-дракон не дал ему улететь далеко, быстро погасив песчаную волну. Марина шагнула к мужу-дракону, взяла его огромные лапы в свои, переплетя пальцы, и обвилась шеей вокруг шеи. Принц-дракон сделал то же самое и вот они уже стояли и смотрели друг-другу в глаза. Зарион тихонько сказал:
- Ты самая прекрасная леди-дракон на свете, Мариночка, но больше всего я счастлив от того, что ты и в этом облике всего лишь чуть-чуть, но всё же меньше меня. Это говорит о том, что я тебе ровня, любимая. Честно говоря, у меня камень упал с души.
Марина тихонько засмеялась и ответила:
- Любимый, если бы я оказалась больше тебя, то мигом бы откусила всё лишнее и села на жесточайшую диету. А теперь, если ты не против, мой муж серебряный дракон, я хочу одарить тебя животворящим пламенем Благого Камюра.
Зарион чуть склонил голову набок и промолвил:
- Именно об этом я мечтаю больше всего, любимая. Мне то ли кажется, то ли это действительно так, но у меня на боках ещё осталась эта противная серебристая белизна. Сотри её, пожалуйста.
Марина моментально выпустила шею мужа-дракона из своего винтового объятия, прытко отскочила назад, внимательно оглядела его тело и задумчивым голосом ответила:
- Вообще-то я вижу чистое серебро, Зарик, но ты знаешь, оно очень уж тусклое. Думаю, что мне следует хорошенько отполировать тебя. Поэтому приготовься, любимый и ничего не бойся.
Королева умолкла и стала со свистом всасывать в себя прохладный воздух и это продолжалось весьма долго. Когда же у неё поплыли круги перед глазами, оказывается даже лёгкие золотого дракона можно переполнить, она стала медленно и плавно выдувать золотое пламя, радуясь тому, как жадно впитывает его в себя тело мужа-дракона. Принц Зарион начал немедленно преображаться и это выразилось в следующем: он стал быстро прибавлять в размерах, его мускулатура, которая и без того была безупречной, сделалась ещё мощнее и рельефнее, но что самое главное, серебряная чешуя не только засверкала, но и обрела при этом цвет белого золота с золотистым оттенком, отчего он стал, воистину, великолепен. Выдохнув на Зариона весь огонь своей души, Марина сделала несколько глубоких вдохов взмолилась: