Незнакомка знатно врезала мне по яйцам, и это обидно. Я ведь помог ей, отвлек идиота, который намерен был позабавиться с ней. Ведь по ее напуганному выражению лица было понятно, что она против этого. А Дэйв? Его хлебом не корми, дай новую девчонку.
Сбежала, дурочка наивная. Сейчас подберет ее кто-нибудь из наших, таких же озабоченных придурков, и будет знать, как одной по вечеринкам слоняться.
Нужно ее догнать и выпроводить отсюда, как можно скорее.
— Смотрю, и тебе обломилось? — Кайсаров откровенно ржет надо мной.
Вставая с пола, он вытирает рукой кровь на губе, образовавшуюся от моего удара.
Ничего не отвечаю, делаю вдох-выдох, и неожиданно разворачиваюсь к нему, чтобы впечатать еще один кулак в его рожу с пирсингом.
Когда я увидел этот размалеванный кусок дерьма на дрожащей от страха девчонке, горячее чувство ненависти, а также жажда дать ему в табло, накатили на меня моментально.
— Тварь! — хрипит он, отскакивая.
Я бужу в нем зверя. И мне пофиг. Хочу и дразню.
Мы уже давно испытываем ненависть друг к другу. Со школьной скамьи, и вражда эта продолжается до сих пор.
Даже не помню из-за чего. Тупо подрались однажды. Вроде я за какого-то ботана заступился, и пошло-поехало...
Этот долбаный брутал, как Дэйв о себе думает, — говнюк, каких поискать. Никого не уважает, а только заставляет пресмыкаться перед собой. Я тоже не подарок. Но терпеть не могу таких козлов, которые ни черта собой не представляют, а только унижают слабых.
— Я же сказал, она моя! — повторяю ему по буквам и, не успев увернуться, получаю удар в скулу.
Мразь!
Мы вцепляемся друг в друга, словно дикие звери, намеренные бороться до последнего вздоха. Мои удары беспощадны, наполнены яростью и агрессией, а движения — враждой и злобой. Дэйв психует и рычит. Жесткими ударами ему удается оттеснить меня к кровати, чтобы навалиться сверху и добить. Но я проворнее. Быстрее и хитрее. И если бы не Тимоха с Зайцем, я бы покалечил придурка.
— Вы охерели, что ли?! — быкует Антон, бросаясь на нас. Видимо, быстро отрезвел от увиденной сцены.
— Отвали! — отпихиваю его в сторону, и тут же получаю от Кайсарова в челюсть.
Сука!
— Эй! Хорош! — летит уже Тимоха.
Хватает меня за шкирку и рвет футболку, но каким-то чудом оттаскивает от греха подальше.
— Успокоились! — дает он команду громким басом.
Дышу часто и ни хрена не вижу, поскольку перед глазами все еще стоит пелена ярости. Всего трясет, просто писец.
— Так, всё!
Пришедший в себя полностью Антоха стоит между мной и Кайсаровым.
— Всё, я сказал! — орет он Дэйву, который пытается оттолкнуть его. — Остыли! Отдышались!
— Он первый начал, — Дэйв тычет в меня пальцем.
Как в детском садике, ей-богу.
— Мне насрать, — цедит Заяц, строго глядя на нас. — Вы оба вечно что-то поделить не можете между собой. Что на этот раз?
— Ничего, — бормочу, сплевывая на пол.
— Да девка одна... — роняет придурок.
— Серьезно? — это забавляет Антона. — Пф-ф, тоже мне предлог. Вы бы лучше не морды свои разукрашивали, а на байках себя проявили: кто кого?
— О, я в деле, — оживляется Дэйв.
— Рожу сначала припудри, — смеется Тим позади. — В деле он...
— Ага, потом твоим родакам объясняй этот мейкап, — подхватывает кузен, пальцем обозначая синяки и ссадины на своем лице.
— При чем тут они, — Кайсаров бубнит недовольно, стирая с губы образовавшуюся каплю крови.
— Куда собрался? — интересуется Тимоха, когда молча подбираю свою кожаную куртку с пола и намереваюсь свалить отсюда. После того, как найду девчонку и вразумлю ее, естественно.
— По делу, — поправляю на себе одежду.
— Погоди, скоро на байках полетаем по бездорожью, — объявляет он радостно. — Ты же слышал.
— Слышал, — двигаю челюстью. Моему фейсу тоже нормально досталось. Бровь ноет, скулу сводит.
— Че, Орловский, зассал? Давай так: кто выиграет, того и телка.
Дэйв придурковато ржет, тут же хватаясь за отшибленный бок.
— Че за телка? — тихо интересуется Тимоха, но я игнорю его.