В кабинете послышался многоголосый вздох.
– А когда мне делать основную работу? Кто будет отчеты сдавать и банком разбираться, скажите мне? – главный бухгалтер гневно нахмурила брови.
– Тогда же, когда и мне – в свободное от занятий время. Мы или все впряжемся в эту телегу в этом году, или она завязнет окончательно.
Больше спорить никто не решился.
– Хорошо, вернемся к вопросу аккредитации. Я просмотрела отчеты о степени готовности, и они меня разочаровали. Если в случае Артура все упирается в деньги, то в случае подготовки документации у меня вопросы к вам, Вениамин. Вы читали рекомендации, выпушенные месяц назад министерством образования? Там четко прописано, на что в первую очередь нужно обратить внимание. Но я не вижу, чтобы сделана была хотя бы половина работы. Что вы скажете по этому поводу?
Портфельчик приосанился и надменно поджал губы:
– При всем уважении, я не должен перед вами отчитываться. Информацию по вопросу аккредитации я докладываю лично учредителю!
Тарин задержала дыхание и наклонила голову.
– Тогда сделайте мне копии ваших отчетов для Марата.
– На этот счет я не получал никаких инструкций! – зазвенел его голос под потолком.
– Значит, вы получите их в ближайшее время, – Тарин, наоборот, стала говорить тише и тверже. – До меня также дошли сведения, что за написанием учебных программ вы обращаетесь к преподавателям, в обязанности которых это совсем не входит.
– Здесь много кто делает то, что не входит в его обязанности! – язвительно парировал ее заместитель. – В особенности пытается залезть туда, где явно некомпетентен!
Сказав это, Портфельчик похоже сам испугался своей смелости, поскольку густо покраснел и как-то съежился. Все устремили глаза на Тарин, ожидая ее реакции.
– Вы абсолютно правы, – спокойно отозвалась она, смотря на Вениамина в упор. – Вопрос о компетентности некоторых сотрудников занимает меня даже больше, чем вы можете себе представить. Поэтому, как только у меня появится свободная минутка, я просмотрю все личные дела и особое внимание уделю должностным инструкциям каждого работника колледжа… Что ж, полагаю совещание окончено. Следующее проведем в конце недели, по итогам приема в колледж.
Все стали подниматься с мест. Тарин воспользовалась возможностью и подошла к Артуру:
– Еще раз большое спасибо, что помогли с переездом. Не думала, что у нас с Анной накопилось столько вещей. Да еще и этот кот…
– О чем речь! – всплеснул руками старичок. – И не переживайте насчет вашей девочки. Мы уже все обсудили с женой: она посидит с Анной до сентября, а после продленки школьный автобус будет доставлять малышку прямо к нашим воротам. Все образуется, вот увидите.
– Да, будем надеяться. Только не нужно обращаться ко мне так официально Артур, мы же сто лет друг друга знаем. Мое назначение ничего не меняет. Регина, задержись, пожалуйста!
Когда дверь закрылась, она со вздохом опустилась на диванчик у стены и скинула туфли.
– Ты держалась молодцом, – ободрила ее подруга.
– Да? Я вот не уверена. Не сплю уже третью ночь, все пытаюсь разобраться в этом…кошмаре! – Тарин кивнула в сторону стола, заваленного бумагами. – Ты узнала то, что я просила?
– Нет, – Регина присела рядом. – Все документы по конкурсу у секретаря ученого совета, помощницы Портфельчика. А она преданна ему как цепной пес: говорит, что без его разрешения не даст даже заглянуть, не то, что скопировать.
– Я все думаю: мое назначение – чья-то злая шутка такая? Попытка окончательно загубить колледж, поскольку я в этом ничего не понимаю? Или, может быть, Кира настолько в меня поверила, что сделала на меня ставку?
– Не знаю, – Регина пожала плечами. – У Киры отпуск, она появится здесь только к началу занятий. Давай лучше спустимся в столовую и перекусим. Готова поспорить, что ты еще не обедала.
– Нет, но кофе уже пила. Один из плюсов работы ректором – собственный секретарь, – усмехнулась Тарин. – Совсем молодая девушка, колледж – ее первое место работы, так что в чем-то мы даже похожи. Знаешь, сегодня мне звонил Марат. Интересовался, как у нас дела, как проходит подготовка ко дню знаний. Пришлось сказать, что все в порядке, а ведь я об этом даже не думала еще! Столько нужно сделать, – она провела рукой по лбу.