В тот миг, когда пламя почти сомкнулось, опаляя хрупкую девушку, а воздушные волки уже готовились обрушиться на нее не только сверху, но и со всех сторон — пламя Выхина, разумеется, не стало бы помехой для других его чар, всё же бились не парочка Мастеров, а целые Архимаги — Ольга нанесла свой настоящий удар. Тот, ради которого она и готовилась всё это время, усыпляя бдительность противника…
Купол синего пламени играючи рассекло потоком золотого сияния. Чистый, облекшийся в строгую и структурированную форму Свет ударил вперед и вверх — огромный, метров сто с лишним в длину Меч Света ударил по Доспеху Стихии ровно туда, где скрывался его создатель — в почти ставшее прозрачным от оттока маны «забрало» шлема.
Ольга не просто сплела сильное атакующее заклинание — девушка пошла дальше. Она обратила свою суть, свою сущность в «тело» этого заклятия — это было своеобразным Доспехом Стихии, только наоборот. Заклинание, которому я её научил с месяц назад и которому учил всех, кто достиг седьмого ранга — Меч Стихии.
Весьма требовательное к навыкам использующего его чародея, оно на данный момент было доступно в полной мере только Светлой — никто другой пока не достиг уровня, позволяющего столь свободно пребывать и сражаться в форме Стихии.
— Да быть не может! — восхищенно выдохнула Кристина Успенская. — Что это за чары⁈
Меч пронзил Доспех насквозь с такой лёгкостью, будто на его пути были не могучие защитные чары, а самый обыкновенный воздух. Я с усмешкой взглянул на четверку растерянных Архимагов, что должны были страховать Выхина — уверовавшие в победу фаворита Императрицы и не видевшие никаких предпосылок к столь резкому повороту в противостоянии, они попросту не успели среагировать и защитить своего подопечного, самым позорным образом всё прошляпив.
На их счастье, как и на удачу самого Выхина, я понимал — сейчас не то время и место, дабы позволить подобной дуэли закончиться смертью одной из сторон. Не говоря уж о том, что каждый маг высокого ранга сейчас был на вес золота, у Выхина в приведенном им войске хватало друзей, приятелей, доброжелателей и прочего народа, которым подобная смерть их предводителя пришлась бы не по душе. А разброд, трения и враждебность в нашем лагере сейчас было последним, что мне было нужно…
Поэтому сотканный из чистого золота клинок упёрся в щит из фиолетовой энергии с пробегающими по нему разрядами Золотого и Желтого цветов. Доспех Стихии не выдержал и распался лоскутами, пострадавший элементаль Земли с протяжным, слышным только сильным магам воем скрылся в родном Плане Магии, а синий огонь и воздушные волки рассеялись, так и не достигнув своей цели.
Бледный, злой Выхин секунду спустя приземлился на серую брусчатку равнодушного и на удивление не пострадавшего камня центральной площади городка. У мага в резерве было ещё добрых три четверти запаса маны, сильнейшие чары и способности его артефактов остались нетронутыми, и по идее волшебник мог бы ещё долго сражаться… Но какое теперь это имело значение?
Победительница выглядела куда хуже проигравшего. На месте, где находилась рукоять Меча Света, возникла Ольга — бледная, усталая и лишившаяся добрых двух третьих резерва маны, со следами микроповреждений в ауре и изрядным перенапряжением каналов энергии, она, тем не менее, держалась гордо и уверенно, высоко вскинув блондинистую головку и победно улыбаясь.
— Победитель — Ольга Николаева-Шуйская! — объявил судья поединка.
— Это было весьма необычно и, не побоюсь этого слова, нетрадиционно, сударыня, — справившись с собой поклонился Выхин. — Право же, вынужден признать — столь отчаянной тактики я ещё ни разу не встречал. Если это не секрет — чем вы приложили меня под конец? Это ведь явно не действие артефакта, а ваши собственные чары, верно?
— Да, это действительно было моё заклятие, — кивнула Светлая. — Меня этому научил наш почтенный Глава — Меч Стихии. Антипод Доспеха. Как видите, Николаевым-Шуйским есть, чем удивить!
— О да, с этим сложно спорить, — криво усмехнулся он, бросив на меня короткий взгляд. — Но должен заметить, что подобное не сработало бы на мне дважды.
— Если бы это была настоящая схватка, никакого «второго раза» не было бы в принципе, — заметил подошедший Василий. — Кстати, хочу заметить — несмотря на всё ваше оскорбительное недоверие к нашему Главе, именно он спас вашу жизнь, тогда как эти господа изрядно сплоховали.
Хмурые взгляды четверки Архимагов, брошенные на Тёмного, стали тому наградой. Все четверо были из числа тех, кто пришел с войском Выхина, что было довольно показательно.
— Что ж, я полагаю, мне не зазорно уступить столь прекрасной даме, — не повелся на провокацию Выхин. — Думаю, среди подчиненных Аристарха Николаевича — вы, без сомнения, сильнейшая.