Выходит, Николаев-Шуйский и Кристина Успенская прибыли в его Родовые Земли. Причем сделали они это тайно — шпионы в стоящей близ Плунге армии докладывали, что «Змей» находится на месте, а сам проклятый реинкарнатор и его окружение после дуэли с Выхиным отправились на судно. В числе прочих агентов в тех местах был и их Старший Магистр, специализирующийся на магии Пространства, и в последнем отчете он заверял, что никакий магических колебаний, свидетельствующих о попытках перемещения, он не ощущал. А уж целый Старший Магистр, основной специализацией которого была именно эта ветвь магии, уж точно не упустил бы факт использования портала или телепортации…
Кристину Успенскую требовалось устранить любыми доступными методами — одним достаточно важных преимуществ Тайной Канцелярии был тот факт, что в Российской Империи они были единственными, у кого был Маг Заклятий пространственник. Да их и в мире было крайне мало, и каждый считался едва ли не стратегическим ресурсом в своих государствах. И позволять кому-либо в Российской Империи (особенно Николаеву-Шуйскому и Второму Императору) обзавестись собственным пространственником он не собирался…
Что ж, придется корректировать план. Раз уж Успенская уже там, во владениях Николаева-Шуйского, это значительно осложняет задачу — но уж выманить-то он её точно сможет. Главное знать, куда слать требования и угрозы…
Беседа могущественных аристократов оказалась прервана достаточно резко и даже несколько грубовато — каждый из них ощутил внезапный, но мощный ментальный зов. Не телепатию в прямом смысле слова, не мысль-речь другого волшебника, а именно что зов, что было весьма невежливо… Однако возмущаться и негодовать никто даже и не подумал — ибо все знали, кто именно их призывает. Молча переглянувшись, чародеи двинулись к распахнувшейся в трёх шагах от них арке переливающегося темно-фиолетовым сиянием портала.
По ту сторону пространственного перехода их встретил большой, дорого и со вкусом обставленный рабочий кабинет. Дерево, дорогой паркет, длинный, способный легко вместить три дюжины человек прямоугольный стол из Иллюзорного Дуба — редчайшего, почти бесценного дерева восьмого ранга, массивные стулья с обитыми зеленым бархатом спинками…
И сидящий во главе стола хозяин кабинета — Николай Романов, Император Российской Империи собственной персоной.
— Ваш недостойный слуга приветствует Вас, Ваше Императорское Величество! — склонился в низком поклоне Залесский.
Из глубокой, непроницаемой магической тени за спиной Романова на свет выглянул цесаревич Алексей, и Богдан Ерофимович отвесил еще один, чуть менее низкий поклон, приветствуя наследника императорского престола.
Его спутники поспешили повторить жест всемогущего начальника Тайной Канцелярии и выразить свои приветствия. Самодержец в ответ лишь сдержанно кивнул, поигрывая с вращающимся на кончике указательного пальца кинжалом.
Следом за ними начали прибывать и другие приглашенные Императором персоны — Императрица с тройкой поддерживающих её Магов Заклятий и Григорий Распопов в компании четверки Магов Заклятий. Явно свежеиспеченных — слишком явственно ощущалось, что спутникам бывшего тобольского отшельника до сих пор непривычна их новая сила.
Последними прибыли одиннадцать чародеев седьмого-восьмого ранга — Главы Великих Родов, из числа тех, кто в момент зова находился отдельно от лидеров своих фракций.
— Присаживайтесь, дамы и господа, в ногах правды нет, — заявил Николай Третий, когда последняя группа вошла в кабинет и нестройным хором поприветствовала государя. — У меня есть для вас несколько объявлений, которые мне хотелось бы сделать не публично.
По левую руку от монарха сел Богдан Ерофимович, по правую — его супруга. С ними же сели и прибывшие с ними спутники. Император молча, с лёгкой улыбкой поглядел на хмуро поглядевшего сперва на супругу государя, а затем на своего заклятого конкурента — начальника Тайной Канцелярии. Садиться дальше, по одной из сторон стола, выглядело бы признанием своей слабости, но бывший монах в свойственной ему нагловатой, выходящей за грань допустимого манере выкрутился — Григорий Распопов уселся на противоположном конце стола, оказавшись напротив Николая, а его люди расселись по двое справа и слева от своего лидера.
Вообще-то подобное было нарушением этикета. И подобное обычно спускалось никому — но так было до Распопова. Этому раздражающему и Залесского, и Императрицу, и большинство Глав Великих Родов выскочке, возвысившемуся до невиданных высот всего лишь за жалкие несколько лет, подобное поведение по каким-то причинам постоянно сходило с рук…