И он свою часть сделки исполнил. Выплативший все долги демонолог ещё десять лет назад, он теперь пожинал плоды своих многолетних трудов.
Собирающийся внизу флот был огромен по любым меркам. Большие и малые суда, от линкоров до небольших фрегатов, занимали всё пространство, куда не посмотри.
Мощь. Вся мощь Королевского Флота Британской Империи — тридцать четыре линейных корабля, семь десятков броненосцев, две с половиной сотни крейсеров, без числа фрегатов и корветов, дорогих и хрупких с виду яхт богатых аристократов — несмотря на внешний вид, хозяева этих судов весьма ценили личную безопасность и возможность при случае потопить не понравившийся корабль.
Это был, разумеется, не весь флот Империи — царица морей снарядила и отправила ещё два, поменьше размером. Один нацеленный на Владивосток, второй должен окончательно разорить Приморье и вообще все побережье Российской Империи.
— Ваше Высочество, позвольте выразить вам своё восхищение проделанной работой! Так всё устроить, чтобы казалось, будто наши силы распылены и пока никто не готовится вступать в войну, а затем суметь одним приказом в течении двух суток собрать силы — это сильно.
Прямо из пустоты слева от принца возникла женщина. Обращаясь к нем, она слегка поклонилась, как и положено этикетом — Маги Заклятий обладают правом вести себя с венценосными особами довольно свободно.
Свободное белое платье практически в пол не было способно скрыть её красоты и форм — ветер трепал и мял ткань, обтягивая ей фигуру женщины так, что места для фантазий не оставалось.
Разреженность воздуха, температура и сильный, почти шквальный на такой высоте ветер ничуть не волновали эту парочку — Маги Заклятий очень далеко ушли от людей. Даже безо всякой магии их физическим телам не могли повредить подобные пустяки. Даже неудобств доставить были не в состоянии…
— Услышать подобную похвалу от тебя, Анна… Я даже в некоторой растерянности. Либо ты всё же скатилась до пустой лести, либо я где-то сильно просчитался и меня ждет не один галлон твоей язвительности, — перевел взгляд на женщину принц. — Признавайся, в чем я прокололся?
— Технически всё исполнено отлично, тут придраться не к чему, — улыбнулась шатенка, чьи длинные, ниже пояса, волосы свободно развевались на ветру. — И я бы не посмела высмеивать вашу светлость, как вы могли так обо мне подумать⁈
— Были прецеденты, — улыбнулся принц.
— Чепуха! Я просто пару раз дружески подколола, не более! — рассмеялась Анна. — А сейчас и смеяться не над чем — всё сработано как по часам. Но меня беспокоит другое — мой принц, вы уверены, что нам нужно было дробить силы? Раз уж мы решили влезть в войну полноценно, то не лучше ли было бы сосредоточить силы в один кулак и ударить по Петрограду? Взятие столицы и гибель их Императора сделают больше, чем все армии Европы вместе взятые — русские сцепятся между собой, завязнув в гражданской войне за власть. А в итоге и вовсе может развалиться, став для нас новыми колониями! Разве не логичней нанести один точный, прицельный удар и победить?
— Мы не сможем взять штурмом их столицу, пока в ней столько Великих Родов со своими войсками, в том числе и элитными, Магами Заклятий и прочим. А ещё там лейб-гвардия их Императора, способная в одиночку заменить четверых-пятерых опытных чародеев восьмого ранга. Не стоит забывать и о том, что в городе больше полутора десятков ветвей Рода Романовых, обычные дворянские Рода… Плюс не забывай — это столица русских. Эти варвары, надо признать, поднаторели в искусстве возведения крепостей и замков. Не хочу даже думать о том, какой кровавой баней стал бы штурм этого города при текущем соотношении сил…
— Но у нас есть выведенные химерологами твари, орды демонов, пушечное мясо в линейных полках и дивизиях — всю мощь Петрограда можно было бы сточить о них, а уж затем ударить элитными силами, сломив истощенных сражением…
— Анна, дорогая, — перебил её принц. — Я очень ценю тебя и твой талант — всё же у нас на всю Британию лишь трое Магов, специализирующихся на Пространстве. Однако это не значит, что ты можешь указывать мне, что делать, как и когда.
Анна внутренне поежилась — она лучше всех знала, каков стоящий перед ней человек. Что он из себя представляет не снаружи, не в бесчисленных образах, что он играл в зависимости от ситуации, а то, каков он на самом деле. Знала, какие страсти кипели в его душе, знала о его жестокости, нет — бесчеловечности даже по меркам британской высшей аристократии… В общем, будучи не один год одной из его любовниц, причем проводящей с ним времени больше остальных, она прекрасно понимала, что скрывается за этой маской вежливости и спокойствия.