Элементаль Огня блокировал попытку двух воинов атаковать Федора слева — жаркое золотое пламя встало на пути пары Духов, и те невольно отшатнулись, дабы не попасть даже случайно под его языки.
Обменявшись несколькими ударами клинков, Федор понял, что в подобном формате преимущество отнюдь не у него. Его элементаль, щедро поливая всё вокруг пламенем, с трудом успевал отгонять троицу призрачных Духов-воинов и ничем больше помочь своему хозяину не мог — Духи тоже вполне себе использовали свою, малопонятную магию, проявляющуюся в виде серого света, серой же туманной дымки и того же цвета лучей.
А трое других Духов наседали уже на самого Шуйского, используя и оружие, и магию. А потому мой родич не стал играть по правилам врага — резко, неожиданно пустив под себя ударную волну, он взмыл в воздух и разорвал на несколько секунд дистанцию.
Разумеется, швед кинулся за ним — вот только форы в четыре с половиной секунды Федору оказалось достаточно, чтобы обрушить вниз, на преследующих его врагов Заклятие:
— Меч Ярила!
Сотканный из все того же золотого пламени огненный меч рухнул вниз — и яркой, небесной лазурью сверкнул камень в навершии жезла, вновь создав защитный экран. И на этот раз — ощутимо более мощный, чем в первый раз.
Заклятье Шуйского с оглушительным грохотом сдетонировало. На высоте трехсот метров на триста шестьдесят градусов прокатилась волна чудовищно горячего магического пламени высотой в добрых двадцать метров, и Фолькунга ударной волной швырнуло вниз.
Однако ещё до того, как враг впечатался в землю, Федор начал формировать новое Заклятие. Потоки магии складывались в замысловатые хитросплетения сил, мана и эфир перемешивались, складываясь в могучие чары — Шуйский творил магию легко, спокойно и непринужденно. Так легко и непринужденно, что глядя на него я невольно задавался вопросом — а не слишком ли я поспешил с выводами, поставив в своем личном рейтинге тестя на первое место?
Мне всегда Шуйский казался спокойным кабинетным ученым и теоретиком. Да, с огромным, особенно по меркам этого мира, талантом, да, явно умеющим применить свои навыки боевой магии в деле, ведь иначе для мага невозможно, но… Скажем так, я думал он довольно средний боец, ибо это, мол, не его.
А сейчас я наблюдаю его в дуэли против чародея с регалиями не последнего королевского Рода планеты, с шестеркой Духов, каждый из которых на уровне Мага Заклятия, пусть и слабого, наблюдаю… И что я вижу?
Не используя ни единого артефакта, даже элементаля просто выпустив на волю и начисто о нем позабыв, он в сухую разделывает Олафа. Олафа, который, вообще-то, еще тянет какие-то силы из Великого Источника Магии сам и плюс шестерка его Духов активно черпают оттуда же.
Старик Шуйский открылся мне с новой стороны. Надо бы в будущем стараться не злить дедушку, что ли…
Духи Олафа, в отличии от самого короля, никуда особо отброшены не были, но Федор и о них не забыл. Не отвлекаясь от плетения Заклятия он без особого труда сотворил чары восьмого ранга. Причем в количестве двух штук — вниз дождем полились Стрелы Света, вынуждая Духов защищаться, а вокруг самого боярина закружились разом три вихря, ежесекундно набирающие скорость, мощь и объем.
— Пламенный Метеорит!
И с небес действительно полетел вниз здоровенный, объятый белым пламенем булыжник — причем на огромной скорости! Да если он врежется, тут ударной волной треть города сметет! Хорошо хоть людей в попадающих под удар районах уже нет. Как и поблизости к ним — до кварталов обычных горожан ударная волна не дотянется, скорость не та…
Троица Духов Вскинула вверх оружие — два меча и секиру — и от каждого из призрачных орудий войны вверх ударил тонкий серый луч. Встретившись с падающим метеором, они вмиг переплелись и образовали сеть, которая начала пытаться разрезать Заклятие Федора. Они так этим увлеклись, что даже позволили остаткам Стрел Света поразить себя. В призрачных серых телах образовались медленно зарастающие сквозные прорехи, сами Духи дернулись, явно не обрадованный гаммой испытанных чувств, но выдержали боль.