Однако сам он уже наносил свой удар — сотканный из серой энергии кулак ударил в узорчатую, почти незримую пелену тончайшего, тоньше волоса барьера в форме сферы.
Элементали обратились из кусков горящей ткани в свою истинную форму — я полностью высвободил силу артефакта. Четыре могучих источника кипящего, источающего чудовищный жар пламени — Синий, Белый, Зеленый и Оранжевый, каждый из них был по своему уникален… Но я слишком далеко от огня, чтобы вот так, прямо на ходу разобраться.
Засвистели ветра, содрогнулась небесная твердь, потоки эфира и маны вскипели, сходя с ума от пущенных в ход сил и скорости, с которой изливалась в мир личная мана и эфир чародея — всё же я был прав, он уже Великий Маг.
Я вскинул Копьё Простолюдина и пропустил через оружие мощный разряд Черной Молнии — Федор уже тоже начал плести что-то из своих чар, видимо, надеясь встречным ударом уравнять до приемлемого уровня вражескую атаку, чтобы барьер Морозова выдержал, но это не сработало бы.
Черные разряды, на ходу впитывая Золотое, Желтое, Синее, Фиолетовое — Усилить, Ускорить, Повысить Ударную Мощь и стабилизировать всё комбинацию, сломить барьеры и ослабить все защиты и, наконец, ранить Черной Молние!
Мой удар пробил оба слоя защиты и вынудил врага прервать сотворение Сверхчар, с болезненным воплем содрогнуться и стремительно телепортироваться. В результате Огненный Метеор рухнул вниз — на какой-то несчастный шведский полк, который практически перестал существовать.
Я достал скипетр и прислушался, настраиваясь на второе Живое Оружие. Чем ты поможешь, дружище? Каким видом магии ты владеешь, насколько хорошо и как она сильна?
Вместо ответа тяжелый золотой жезл распался на маленькие кусочки и покрыл золотистым напылением Копьё Простолюдина. А затем забрало над ним шефство — как будто старший товарищ подошел и начал уверенно и спокойно отдавать приказы.
Мне повезло — жезл обладал таким вот уникальным, невиданным мной раньше свойством сливаться с другим Живым Оружием. С Копьём Простолюдина оно синхронизировалось идеально — оба оружия были пламенного типа, что позволяла скипетру раскрыться на полную.
А в следующую секунду я отвел острие Копья влево и вниз, пожелав ударить пламенем. И Простолюдин, в отличии от прежней, широкой и медленной волны огня испустил мощный, тонкий луч пламени.
Блеснула серым призрачная ладонь, блокируя чары — и, не в силах остановить удар усиленного Живого Оружия, распалась на лоскуты и осколки. Луч белого пламени врезался в доспехи врага, останавливая и опрокидывая его в воздухе, сбивая ему темп — и я мгновенно остановился. Вот она, мощь Регалий… Похоже, я сильно недооценил могущество, что они могут мне дать.
— Действуем по варианту два — один, — бросил я Шуйскому и Морозову.
Один из сценариев сражения — я бьюсь впереди, в одиночку, на них поддержка с тыла. Это предполагалось крайним вариантом, на случай, если всё пойдет по худшему сценарию… Но учитывая мою возросшую мощь теперь это казалось основным и лучшим способом сразиться с врагом уровня Великого.
— Что, крысы наконец поняли бесполезность попыток бегства? — прогрохотал, порождая сотрясения воздуха и вспышки молний голос Ивара. — За то, что вы отняли жизнь моего отца я сотру саму память о вас и ваших Родах, я обрушу небо на…
Желтые Молнии сложились в крылья за моей спиной, амулет на груди потеплел, сотворяя могучее Заклятье — и за моей спиной распахнулась дополнительная пара крыльев, сотканная из яростного рыжего пламени. По доспеху потекли струйки пламени, впитываясь прямо в ауру, а уже через неё в тело, делая его сильнее, доспех покрылся незримой дополнительной пеленой магии, укрепляюсь — Благословение Жар-Птицы, смешное на первый взгляд, по детски звучащее Заклятие…
Заклятие Ярополка Шуйского, верного сподвижника Святополка, который ходил со своим князем на Булгар и Хузар, брал на щит Константинополь в те времена, когда османы были не более чем грязью под ногами скота, который они пасли… Ярополк Шуйский, убийца Тугадая, величайшего воина Хазарского Хана, оставил потомком вот это вот «смешное» Заклятие, и сейчас я чувствовал, как моё тело, сочетая Пламя и Молнии, обрело мощь и скорость, которая приличествовала скорее Великому, нежели Высшему Магу.
Копьё рвануло в длинном выпаде, но Ивар легко отразил лезвие ударом ладони — однако Живое Оружие Шуйских, Скипетр, был далеко не так прост, чтобы от него можно было отмахиваться.
Взрыв синего пламени сбил попытку контратаки шведу, швыряя его в сторону и вниз. Четыре Элементаля рванули вниз, и десятки серых Духов, что вырвались на помощь своему господину, столкнулись с настоящим шквалом огня — и в отличии от обычных элементалей, редко способных на внятные чары, четверка древних, могучих тварей владела Огнем куда лучше большинства известных мне пиромантов!