Вместо того, чтобы расстраиваться, смотрю на птичку и улыбаюсь. Главное, что моя девочка со мной. И не только она. Тихонечко глажу животик под порванной сорочкой. А кто у нас в животике?
Вздрагиваю, отдёргиваю от неожиданности руку, когда под пальцами появляется свечение. Прямо из живота Ашары. Драго милостивый…
Ашара ворочает головой на моей груди. Сквозь полусомкнутые ресницы моя птичка видит свет. Она совсем не удивлена, сонно бормочет:
— Проснулся маленький. Здороваешься с папочкой? Познакомься, Дориан, с малышом.
Возвращаю на место руку. Ого! Мой малыш…
— Наш малыш, — поправляет Ашара.
Я глажу миленький животик, пока он не перестаёт светиться.
И тут Ашара замечает, где именно лежит её рука…
Я же прекрасно слышу в голове её мысли. Она так мило смущена, что у меня встаёт сильнее.
Она тоже читает мои мысли, и смущается даже больше. Хотя, казалось, больше некуда))) Она собирается отдёрнуть руку.
Я успеваю перехватить. Не даю убрать. Наоборот, прижимаю сильнее.
Ооо…
Ещё и двигаю её рукой, поощряя продолжить самой.
Дыхание моей птички учащается. Но в её миленькой головке – такой сумбур! Стеснение, желание, возбуждение… и чувства… ко мне. Чувства взахлёб. Это взаимно.
Слышу частый стук маленького сердечка. Моё сердце тоже бьётся часто, разгоняя кровь в теле и поднимая желание и не только. А конкретную часть тела, в том числе.
Заставляю маленькую обхватить его своей ладошкой, учу водить ручкой вверх и вниз…
Смущённый охрипший шёпот птички лишь разжигает аппетит:
— Ты же сказал, что ничего не будет…
— Если сама не захочешь…
Оооо… искушать мою девочку – отдельное наслаждение. Она совсем утыкается личиком мне в грудь, прячется. Но, продолжает обхватывать ладошкой меня ниже и водить, как я показал. Не замечает, что уже делает это сама.
Не могу сдержать стон.
Моя послушная ученица! Перебираю в голове чему ещё могу её научить. С чего бы нам начать?
Забываю, что Ашара подсматривает и подслушивает. Её окатывает вязкой волной смущенья.
— Дориан! Как ты можешь!
О таком думать… дочитываю в её голове, то что она не произнесла вслух.
Зарываюсь носом в светлые волосы, а рукой глажу мою любименькую попку, срываю остатки сорочки, панталончиков, откидываю на пол. И перекатываюсь на неё сверху, нависаю, удерживаю вес на руках.
Ашара зажмуривается, стесняясь посмотреть на меня.
Шепчу:
— Начнём с азов, моя малышка. Я сверху. Повторим вчерашний урок…
Раздвигаю коленом ножки, устраиваюсь удобнее между ними.
— Открывай глазки, милая Ашара. Смотри на меня.
Слизываю запёкшуюся кровь на её подбородке, вытираю большим пальцем. Рассматриваю любимое лицо в упор.
— Открывай глаза, сказал.
Реснички дрожат. От нетерпенья. От смущения. От предвкушения того, что будет дальше.
— Открывай! – рычу.
Она распахивает. Веки продолжают трепетать. Запах желания усиливается. Да, ты же моя ненасытная малышка.
Мы вглядываемся в глаза друг другу. Она чувствует, как я давлю ей между ног, но не вхожу. Не может сдержаться, тихонечко постанывает, смущаясь собственной реакции. Хочет отвести взгляд, но я не позволяю.
— Смотри на меня! Будешь смотреть, когда я буду входить в тебя. Хочу не только слышать в твоей голове, хочу видеть в твоих глазах.
Ашара задыхается.
Я чувствую, как влажно между ножек. Даже не пришлось её распалять. Я еле сдерживаюсь. Уже хочется начать. Я выдыхаю с хрипом:
— Скажи.
Частое дыхание. Грудки трутся о мою грудь. Чувствую, как птичка вся дрожит от предвкушения. Румянец заливает маленькой лицо. Кайф. Хочет продолжения. Стесняется собственных желаний.
— Попроси…
Ооо… румянец становится насыщеннее, перекидывается на шею. Чуть шевелю бёдрами. Она же приподнимает свои в ответ. Закусывает губку. Но молчит.
Я чуть отстраняюсь. Дразню малышку, испытывая чистый кайф.
— Проси, чтобы вошёл в тебя…
— Дориан! — стонет, прикрывая глаза, я же рычу, напоминая: — Не смей закрыть глаза!
Веки с ресницами дрожат, но Ашара слушается, не закрывает. Моя послушная малышка… Как же я люблю тебя. Всматриваюсь в любимые глаза.
— Ты обещал, что ничего не будет… — стонет и снова в нетерпении приподнимает бёдра.
Маленькая стерва!
Не могу терпеть. Но она должна сдаться!
— Проси, Ашара. Я сейчас просто на тебя кончу. Довыделываешься. Останешься без десерта.
Испугалась?
Ашара стонет:
— Да… сделай это, Дориан!
Она откидывает голову назад и всё-таки прикрывает глаза в предвкушении. Я больше не могу терпеть и позволяю ей отвести взгляд. Медленно вхожу…