– Мамочка! Мамочка! – закричал Илюша и Данил.
Тут в палату ворвались врач и медсестра.
– Тише! Не кричите, нельзя волновать вашу маму! – медсестра проворно поправила одеяло, проверила трубки, а врач посмотрел показания на экране приборов.
Андрей не заметил, как у него по щеке пробежала слеза.
– Всё хорошо, вы молодец, – обратился к пациентке врач.
Трубки мешали Ладе дышать и глотать, она чуть дернулась.
– Подождите милочка, – остановила её медсестра, – Сейчас всё уберу, не дергайтесь.
Она вколола ей укол, засыпая, Лада услышала:
– Приходите завтра. Ваша мама сейчас поспит, наберется сил. Всё завтра.
Утром Лада проснулась. У неё убрали трубки из носа и горла, дышать стало легче. Вскоре пришел Андрей с мальчиками.
Муж был бледный с темными кругами под глазами. Таким уставшим она не видела его никогда.
– Как вы выросли, – прошептала мама. Горло от трубок ещё саднило и пересыхало, поэтому говорила с трудом.
– Мама, а ты скоро домой пойдёшь? – Илюша взял её за руку, привлекая к себе внимание.
Лада подтянула его к себе и погладила по голове. Потом протянула руку к Данилу и погладила его.
– Скоро.
– А мы тебе йогурт принесли. Ты будешь? – заглядывает ей в глаза Илья.
– Ешь, – она с улыбкой посмотрела на сына.
– Ты чего? – одёрнул Данил брата, и зашептал,– мы маме принесли! А твой йогурт дома!
– Да, мама кушай, – Илья отвернулся. Андрей всё это время не отрывал взгляда от жены. Он видел, как она похудела, черты лица стали острее. Её глаза, как глубокие озёра, смотрели на детей с нежностью, а на него с грустью. И поймав её взгляд, он прошептал одними губами «Прости».
Когда вернулись домой, Андрей стал искать семейный альбом. Он перерыл все шкафы. Илья играл не далеко. Наконец-то альбом был найден и извлечён из-под стопки женских журналов на полке.
Раньше Лада шила себе красивые платья. Последний год не шьёт. Там же лежала не завершенная вышивка.
– Что это? – Илья держал её и гладил пальчиком.
– Это мама вышивала.
– А это? – он уже открывал альбом. – Мама? – удивился сын, рассматривая красивую девушку с букетом.
На его восклицание прибежал из комнаты Данил и тоже стал рассматривать альбом.
Пролетела неделя. Оставался месяц до нового года. Лада чувствовала себя лучше. Она по-прежнему много спала. Но это был сон восстановление. А ещё муж принес телефон, и она по вечерам разговаривала с Ильёй и Данилом. Оказывается, старший сын на завтрак делает бутерброды, а младший научился заправлять кровать. Ещё Андрей научил их стирать. Как сказал Данил, передавая слова отца:
– Каждый уважающий себя мужчина должен уметь стирать свои носки и трусы.
Лада улыбалась, слушая мальчишек. Когда некоторое время не видишь детей, то замечаешь, как они подросли, изменились. Про Андрея старалась не думать. Боялась вдруг эти изменения ненадолго, а только до её выписки?
Оказывается, Андрей починил дверцы шкафчиков - они долго болтались, купил новый утюг, старый плохо грел. Это она знает со слов детей. А ещё повесил её фото в рамочку. Неужели, для того чтобы что-то муж понял надо заболеть?
С Андреем поговорить, наедине не получалось. «Значит, поговорим дома» решила Лада. Скоро её выпишут. Как пойдёт дальше жизнь, она не знала. Вдруг снова свалит муж дела домашние на неё?
Прошло две недели после пробуждения. Ей очень хочется домой. Хотя здесь есть душ и туалет в палате, но дом есть дом. Спасибо супругу, оплатил ВИП палату, только откуда взял деньги? И спросить при детях не могла. Так вот даже в таких чудесных условиях: телевизор, санузел, холодильник и книги в больничной библиотеке, она мечтала оказаться дома.
Наконец-то настал день выписки. Пришёл Андрей и его перехватил для разговора, врач. Сумки собраны, удивительно, но вещей накопилось много.
Всю дорогу до дома они молчали. Только украткой поглядывали друг на друга. За окном всё было серым: небо, дороги, дома. Темные тучи низко висели над городом.
Когда они приехали домой Данил был ещё в школе. Как хорошо дома и уютно. Большого порядка и чистоты нет, но видно, что уборка в доме была. Хотя не это главное.